Нахичевань-на-Дону в борьбе за сохранение национальной идентичности в начале 20 века

Со времени своего поселения на Дону во второй пол XVIII в. крымские армяне, основавшие г. Нахичевань-на-Дону и ряд сел с армянским населением, имели целый ряд привилегий и льгот, дарованных правительством Екатерины II. Сам город Нахичевань представлял собой моноэтнический город, население которого, первоначально вообще не зная русского, говорило исключительно на родном армянском языке. Понятно, что такое положение не могло продолжаться вечно и сохранение чисто армянского анклава в пределах Российской империи представлялось сложной и трудно разрешимой проблемой.

Местная армянская общественность всегда была озабочена тем, чтобы в чужой им среде сохранить своё «армянство»: свой язык, обычаи, уклад, одним словом всё то, что составляло сущностные черты того или иного народа. Не случайно в одной из своих статей в 1879 г. классик армянской литературы Р. Патканян, анализируя столетние итоги пребывания армян на Донской земле, задавался вопросом: «Останется ли и через сто лет наш город, как сегодня, населённый только и только армянами?». А уже на рубеже XIX – XX вв. известный нахичеванский просветитель Е. Шах-Азиз с тревогой предсказывал, что «…недалеко то время, когда город (Нахичевань-на-Дону. – С.К.) лишится своего армянского элемента».

Важным фактором сохранения национальной идентичности (под которой мы понимаем выражение принадлежности к определённым национальным сообществам), армянской диаспоры Дона было отстаивание самостоятельного существования г.Нахичевани-на-Дону, борцом за сохранение которой в этих непростых условиях выступала городская дума. Именно она твёрдо и последовательно отстаивала интересы армянского населения и была по своему составу в течение длительного времени представлена исключительно местными армянами. Так, на выборах гласных в думу на 1880 – 1884 гг. оказались избранными 72 чел. и все они были армянами. И такое положение сохранялось вплоть до выборов 1917 г., когда депутатский корпус почти полностью поменялся. Но на протяжении ряда десятилетий такой практически моноэтнический состав городской думы обеспечивал консолидированное единство в отстаивании своих национальных интересов.

Главным условием, важной гарантией сохранения национальной идентичности донских армян, как уже было сказано, являлось независимое и самостоятельное существование г. Нахичевани-на-Дону. Ввиду постоянного расширения соседнего Ростова к концу XIX в., граница последнего вплотную приблизилась к владениям Нахичевани и фактически два некогда отдельных города уже разделяла лишь узкая полоса земли, пролегавшая по территории современной Театральной площади.

Наступление на Нахичевань с целью ликвидации его привилегий и с последующим присоединением к Ростову впервые было предпринято с середины 1860-х гг. городским головой Ростова А.М. Байковым. Однако, как предпринимаемые им действия, так и противодействия нахичеванцев уже нашли отражение в научной литературе, поэтому в центре нашего внимания окажутся аналогичные события, развернувшиеся уже в начале ХХ в. Именно в этот период власти Ростова взяли на вооружение новую тактику: путём создания общих с соседями межгородских структур постепенно втянуть Нахичевань в интеграционные процессы, которые неизбежно привели бы к слиянию двух городов.

Нельзя не учесть то обстоятельство, что к этому времени растущий вширь Ростов остро нуждался в новых земельных площадях, которые в избытке имелись у Нахичевани. Позицию ростовской верхушки в этом вопросе чётко выразил донской публицист А.М. Греков: «Сосед Ростова, Нахичевань, недурно устроившийся на территориальной тесноте своего соседа сам, как видно, отлично знает цену земли (которой вдобавок, у него слишком много)… Ростовцы последнее время не на шутку разлокошились и вот-вот проглотят Нахичевань! И они правы». Правоту ростовчан автор видит в том, что Нахичевань численно росла не за счёт армянского, а русского населения, и к 1912 г. на 6 тыс. армян там приходилось 35 тыс. русских. Всё это приводило к тому, что, как мы уже видели выше, нахичеванская городская дума с подозрением стала относиться к любым исходившим от соседнего Ростова интеграционным инициативам, могущим в перспективе так или иначе накрепко связать Нахичевань с могущественным соседом.

26 января 1900 г. под председательством городского головы П.Е. Хатранова на заседание Нахичеванской городской думы рассматривалось предложения городского головы г. Ростова Хмельницкого о присоединении к инициативе Ростовской-на-Дону городской управы об открытии в Ростове новой судебной палаты и окружного суда и о принятии на средства Нахичевани части ежегодного расхода в сумме 15 тыс. руб. на содержание окружного суда, исчисляемого в 45 тыс. руб. в год. Городской голова П.Е. Хатранов дополнил доклад заключением финансовой комиссии, по которому было предложено ввиду стеснённого материального положения городского бюджета данное предложение отклонить. Но с заключением финансовой комиссии не согласился гласный Г.Х. Чалхушьян, который заявил, что «нам не должно быть всё равно, где будет находиться окружной суд, в Новочеркасске, Таганроге или Ростове». Он указал на тесные экономические связи Нахичевани и Ростова и роль нахичеванцев в деле развития Ростова-на-Дону: «Потери Ростова – это наши потери. Если мы не можем дать 15 тыс. руб., дадим 5 – 6 тыс. руб., но выгоды от этого себя оправдают».

Идя на компромисс, городской голова П.Е. Хатранов предложил отвести бесплатно место, если будет открыта палата, а если только один суд – ассигновать 5 тыс. руб. в год. Однако большинство гласных высказалось против. Комментируя подобное решение, автор заметки пишет, что «начиная с байковских времён, когда Ростовская Дума выступила с проектом присоединения Нахичевани к Ростову-на-Дону… Нахичевань всегда был настроен недружественно к своему старому соседу. Очевидно, нахичеванцы помнят политику своих соседей и вот причина уклонения их от участия в расходах по содержанию окружного суда в Ростове».

Ещё один характерный пример в этом смысле – отказ Нахичеванской думы от принятия на себя части расходов по строительству в Ростове-на-Дону военной гауптвахты. Гласные думы единодушно отметил, что возбуждённый комендантом Новочеркасска вопрос «не отвечает непосредственно потребностям городского населения… что при наличии у города массы неудовлетворённых насущных нужд и при стеснённых материальных средствах участие города в значительной единовременной затрате… поставило бы городскую кассу в крайне затруднительное положение», на основании чего было принято решение в финансировании постройки и содержания гауптвахты в г. Ростове отказать. Хотя здесь, скорее всего, первостепенными были факторы экономические, но и взваливать на себя бремя забот соседнего Ростова нахичеванцы вполне резонно не захотели.

Подобного рода трения между городскими управлениями Ростова и Нахичевани-на-Дону возникли в связи с обращением первого к нахичеванцам по вопросу о разрешении переустройства телефонной сети в Нахичевани. Едва ли подобное обращение было продиктовано альтруистскими мотивами – ростовчане руководствовались своим интересами, к тому же, тем самым, они ставили соседнюю Нахичевань в зависимое положение. В ответ нахичеванская управа выставила ростовскому городскому управлению ряд условий (вводить в Нахичевани те же технические усовершенствования, которые будут вводиться в Ростове, установить в указанных местах шесть бесплатных телефонов, предоставлять нахичеванцам те же льготы, которые будут предоставляться ростовским абонентам), которые ростовская дума нашла «некорректными». После этого на очередном заседании нахичеванской думы выступил гласный Г.Х. Чалхушьян, который заявил, что есть немало городов по населению меньше Нахичевани, но тем не менее которые установили свои телефоны, поэтому нахичеванцам также нужно позаботиться о своём собственном телефоне и предложил передать рассмотрение данного вопроса в особую комиссию.

На том же собрании была образована комиссия, в состав которой вошли Г.Х. Чалхушьян, Г.И. Чубаров, А.И. Салтыков, Д.И. Жученков и Н.Е. Сергеев. Дума также постановила отпустить в распоряжение данной комиссии кредит в 500 руб. на приглашение компетентных в этом вопросе лиц. Подобное неприятие нахичеванской городской думы вызвало и требование Присутствия по городским при ростовском градоначальнике делам финансирования найма, отопления и освещения 5-го и 6-го ростовского полицейского участков, размещённых в Нахичевани-на-Дону, по которому нахичеванцы были вынуждено обращаться даже в Сенат.

Важным фактором, который вёл к объединению двух соседних городов, был рост русского населения некогда моноэтнической Нахичевани. Главный идеолог присоединения Нахичевани к Ростову донской публицист А.М. Греков писал, что Нахичевань численно растёт не за счёт армянского, а за счёт русского населения. По его мнению, несмотря на количественное соотношение, русские представляют в Нахичевани «париев», не имеющих голоса и никаких прав в решении городских дел. Причина этого заключалась в том, что армяне составлявшие домовладельческий и торгово-промышленный класс, наследственно захватили в свои руки городское самоуправление и всеми мерами не допускают русских в числе избирателей, а оценку имущества или повышают, или понижают, смотря потому, желательно или нежелательно допущение его владельца в число избирателей и гласных городской думы.

Понимая, что добиться выгодного для себя решения будет невозможно до тех пор, пока в думе армяне обладают подавляющим большинством, русские избиратели создали своё объединение (т.н. ротонду) и накануне выборов в думу в 1913 г. развернули кампанию против «притеснений русских армянами». Было создан т.н. комитет русских избирателей во главе с В.Н. Костричиным. На одном из заседаний комитета 8 октября 1913 г. В.Н. Костричин заявил, что комитет избирателей командировал в Санкт- Петербург гг. Кунакова и Змиева с ходатайством об оставлении в силе распоряжения Особого по городским делам присутствия о внесении в списки избирателей 213 русских домовладельцев и якобы от Змиева была получена телеграмма, что это ходатайство было уважено.

На том же собрании было решено командировать в Киев гг. Кошкина и Сухоцкого для ходатайства перед министрами и членами Государственной думы об «оказании поддержки для улучшения русского дела в Нахичевани», после чего на собрании был одобрен список кандидатов в гласные, в который были внесены 72 чел. русских и ни одного армянина и который был единодушно одобрен. В стремление армян к сохранению национальной идентичности некоторые недоброжелатели видели склонность к «армянскому сепаратизму», к созданию мифической «автономной армянской республики», и наоборот, стремление русского населения Нахичевани к слиянию с Ростовом называлось «отстаиванием национальных интересов».

Подобные публикации вызвали резкую отповедь гласного нахичеванской думы Г.Х. Чалхушьяна, который со страниц ряда газет обратился с «Открытым письмом нахичеванским русским избирателям»: «Во имя интересов города Нахичевани, его роста, процветания, благосостояния, я обращаюсь от имени группы избирателей к русским избирателям, – к избирателям не из ротонды… я обращаюсь ко всем нахичеванским честным русским людям и прошу их, прежде чем опустить шар в урны, отбросить все личности, подумать об одном – о благе города. Самостоятельное существование нашего города необходимо. Иначе он станет окраиной. Все окраины так всегда жалуются, что об их нуждах не пекутся, неужели же избиратели пожелают обратить весь наш город в окраину Ростова?», – писал он. Конфликт между В.Н. Костричиным и Г.Х. Чалхушьяном достиг такой остроты, что последний привлёк первого к суду за клевету.

Накануне выборов, не очень-то веря в свою победу, представителя русского населения Нахичевани обратились к правительству с ходатайством о слиянии городов Нахичевани и Ростова. Реакция нахичеванской управы была бурной: отзыв на содержание упомянутого ходатайства был дан в таких «по отношению к русским выражениям, что он был возращен и.о. градоначальника контр-адмиралом Дриженко с пометкой: “Возвращая Городской Управе её заключение, не могу не только представить его министру, но и принять его на рассмотрение как неприличное ругательное сочинение”».

Обе попытки присоединения Нахичевани к Ростову: первый раз А.М. Байковым, второй раз – «русскими гражданами» Нахичевани, были отклонены благодаря грамотно поданным докладным запискам, несомненная заслуга в составлении которых принадлежала гласному нахичеванской думы, издателю газеты «Донская пчела», юристу С.Х. Арутюнову.

Но и царская власть, не забывая о дарованных ранее армянам привилегиях, так до конца и не решилась на слияние двух городов. Позицию властей в этом вопросе озвучил наказной атаман Войска Донского генерал от кавалерии В.И. Покотило, который прибыл в Ростов 19 апреля 1913 г. и выступил с речью в городской думе. Лейтмотивом этой речи было то что, «…Ростов и Нахичевань являются обособленными единицами, управляемыми отдельным начальником, многоуважаемым И.Н. Зворыкиным..». Судя по всему, на данном этапе такое положение самодержавие вполне устраивало: любые, с точки зрения властей, «сепаратистские» решения Нахичевани не пропускались ростовским градоначальником.

Присоединения Нахичевани-на-Дону к Ростову (точнее – поглощение первого последним) не произошло вплоть до самого установления советской власти. На него так и не решилось самодержавие, что означало бы потерю национальной идентичности. Существуя отдельно от Ростова и сохраняя свою армянскую по составу городскую думу, свою систему образованию, свои культурные и бытовые традиции, город тем самым сохранял свой национальный облик.

Казаров Саркис Суренович – доктор исторических наук, профессор, профессор кафедры всеобщей истории Педагогического института Южного федерального университета (ПИ ЮФУ)

"Армяне Юга России: история, культура, общее будущее" Материалы Всероссийской научной конференции 30 мая - 2 июня 2012 г.Ростов-на-Дону

Top