Армяно-Эфиопские культурно-религиозные связи

Прежде всего, необходимо отметить, что торговые связи армян с Эфиопией имели место уже в эпоху античности, но пока еще мы не располагаем серьезными источниками и достоверными фактами. Более надежные факты появляются позже, по мере распространения христианства. Христианизация королевства Аксум началась с крещения короля Эзана в первой половине IV в. Отказ от признания решений Халкедонского собора привел к тому, что Армения и Эфиопия оказались особенно близки через догматику, общую для части христианского Востока в разрыве с Римом и Константинополем. Догматическая близость между Армянской и Эфиопской Церквами способствовала мобильности отдельных людей: в середине XIV в., сбежав от ожесточенных споров среди эфиопского монашества, монах Эвостатевос отправился искать убежище в далекой Армении, где и остался до конца своих дней.

В течение продолжительного периода контакты армян с Эфиопией в основном поддерживались через путешественников. «Время путешественников» охватывает период с начала XVII до конца XIX в.:  от изгнания иезуитов из Эфиопского царства царем Фасилидасом в 1632 г. до победы Менелика II над итальянцами в битве при Адуа в 1896 г. Армянские священнослужители, торговцы и предприимчивые ремесленники направлялись в Эфиопию по разным причинам: одни заботились об установлении связей между монастырями, другие мечтали разбогатеть. Они умели воспользоваться обстоятельствами, чтобы завоевать благосклонность эфиопских правителей и увеличить свое влияние, иногда превращаясь в ревностных служителей власти, сталкиваясь с завистью императорского окружения.

Армянский купец Аветик Балтасарян прибыл в Эфиопию в 1690 г. Его рассказ подробно описывал путь из Египта в эту малоизвестную страну. Мы располагаем и двумя другими, более поздними и подробными рассказами армянских путешественников. Первый из них написан уроженцем Константинополя торговцем драгоценными камнями Ованнесом Товмачяном, который занимал должность казначея императрицы Ментевеб в Гондэре. Товмачян оставил рассказ о времени, проведенном в Эфиопии в царской резиденции в 1764-1766 гг. В блестящей и часто язвительной манере он повествует о мечтах и разочарованиях торговца, который прибыл сколотить состояние. Благодаря своим навыкам и умению приспосабливаться к обстоятельствам он получил высокий пост при дворе, завоевал благосклонность императрицы, но позже разорился и потерял все нажитое. В 1785 г. Товмачян вернулся в Венецию, где нашел приют в ордене мхитаристов. В 1790 г. по просьбе главного аббата ордена он составил интереснейший рассказ о своих приключениях. Его рукопись сохранилась в библиотеке монастыря Святого Лазаря.

Другая известная фигура среди армян, посетивших Эфиопию - вардапет Тимотеос Сапричян. В 1871 г. в типографии иерусалимского монастыря Србоц Акопоц была напечатана книга с его рассказом о путешествии в Эфиопию во время правления Теодроса II (1855-1868 гг.). Так же как и епископу Ованнесу Тутунчи, Тимотеосу была поручена важная миссия: вместе с епископом Сааком из Иерусалима они собирались уговорить царя Эфиопии освободить британских пленников.

Повествование отца Тимотеоса «Два года пребывания в Абиссинии, или Моральная, политическая и религиозная жизнь абиссинян» является самым длинным и самым известным из всех написанных армянскими путешественниками об Эфиопии. Произведение Тимотеоса состоит из двух частей: в первой рассказано о перипетиях путешествия в Эфиопию, во второй представлены обычаи, религия и недавняя история страны. Издание книги было призвано отметить долгую эпопею двух армянских священнослужителей и доверие, оказанное Британской Короной Армянскому Патриархату Иерусалима. Произведение торжественно посвящалось "Ее милостивому Величеству Виктории, королеве Великобритании и Ирландии” и имело, без сомнения, некоторый успех – в 1871 году в Иерусалиме книга вышла на армянском и французском языках, в 1888 году она была напечатана в Париже на французском и в Лейпциге — в переводе на немецкий. Есть и другие источники об армянских путешественниках XVII-XIX веков. Так армяно-геэзамхарский (геэз – древний язык христианской Эфиопии) лексический словарь был составлен монахом Серафином из монастыря Св. Антония в Ливане, который гостил в монастырях Тигре и Годжамы во второй половине XVIII века. Как и Балтасарян, Серафин, похоже, не завязывал отношений с высшим обществом Эфиопии. Сохранившаяся рукопись – единственный след этого скромного путешественника.

Эфиопские царские источники упоминают об армянских путешественниках задолго до эпохи правления Фасилидаса. Например, имя посланника Матевоса упоминается в переписке между царицей Елени и королем Португалии Жоаном, когда впервые была озвучена просьба к португальцам помочь христианской Эфиопии в борьбе против мусульман. Матевосу пришлось испытать много трудностей, пока португальцы не признали в нем царского посланника. И он, и Ходжа Мурад часто сталкивались с недоверием со стороны европейцев, которые с трудом могли признать, что такие скромные люди могли быть главами посольских миссий императоров Эфиопии.

Второй интересующий нас текст из эфиопской царской документации – хроники Галавдевоса, сына царя Лебна Денгель. Согласно хронике, Галавдевос соорудил дворец, пригласив для этого "сирийских и армянских” архитекторов и специалистов.

Эфиопские источники также позволяют проверить подлинность рассказа о путешествии епископа Тутунчи. Пребывание Ованнеса Тутунчи при дворе в Гондаре в 1679 г. подкреплено королевской хроникой Йоханеса I.

Следы армянских путешественников XIX в. можно найти в многочисленных европейских источниках, которые прямо или косвенно касаются Эфиопии. Имя некого Карапета Абечи (Карапета Абиссинянина) дошло до нас благодаря рассказу французского врача Брайера, который говорил о нем как об организаторе регулярных караванов из Константинополя в Эфиопию в 1820-х годах.

В 1840-е гг. царь Шоа Сахле Селассие нанял на работу торговым агентом армянина Петроса, чье имя и должность дошли до нас только благодаря английскому исследователю Беке. К середине XIX в. Эфиопия еще не стала "большой землей” для европейских путешественников, каковой она станет при царствовании Менелика II. До открытия Суэцкого канала в 1869 г. не существовало прямой морской связи между Европой и Средним Востоком. В самой Эфиопии удобные для проезда дороги оставались редкостью.

Ни Теодросу II (1855-1865 гг.), ни его преемнику Йоханесу IV (1871-1889 гг.) не удалось полностью восстановить целостность империи. Первый покончил с собой в крепости Мэкдэла, осажденной англичанами. Только Менелику II улыбнулась наконец-то удача, когда он попытался воссоздать великую империю, сопротивляясь западным державам. Для этой цели он окружил себя многими иностранными советниками, и армяне играли среди них далеко не последнюю роль. Именно поэтому имена Погоса Маркаряна, Тиграна Эбеяна и Саркиса Терзяна стали известными европейским разведывательным службам. Например, итальянским агентам было поручено следить за всеми поездками Саркиса Терзяна. Прибывший к 1875 г. в Харар, где уже жил его дядя Кеворк, этот молодой путешественник очень скоро поступил на службу к эфиопскому государю. Получив от Менелика должность управляющего Гильдессы, он был затем отправлен в Европу и Соединенные Штаты.

Сын Саркиса, Аветис Терзян, сохранил паспорт на амхарском языке, выданный Менеликом II своему "разведчику” Саркису и подписанный самим императором, что было редчайшим исключением. В канун битвы при Адуа Саркис Терзян стал одним из важнейших поставщиков в Эфиопию огнестрельного оружия. Итальянцы не подозревали, что эфиопы будут так хорошо вооружены. По рассказу Аветиса, солдаты Менелика даже пели после этой битвы несколько песен в честь его отца Саркиса на амхарском языке. Саркис Терзян стоял также у истоков многих других проектов, таких как создание первого мукомольного завода страны, а также появление первого паровоза в Аддис-Абебе.

Погос Маркарян участвовал во многих дипломатических миссиях, в частности в 1880 г. был направлен к хедиву Египта. Он также участвовал в разработке плана Аддис-Абебы, «нового цветка» провинции Шоа, столицы возрождающейся империи. Ювелир Тигран Эбеян завоевал расположение царской семьи и жил при дворе вместе со своей семьей до самой смерти.

Главные действующие лица конца XIX в. остались в коллективной памяти армян Эфиопии как герои-основатели общины. Устные свидетельства упоминают не только Маркаряна, Эбеяна, Терзяна, но также Григора Погосяна, Левона Язеджяна и некоторых других. Сегодня в семьях их потомков можно найти не изданные до сих пор документы и свидетельства.

Конечно, Эфиопия никому не открывалась с распростертыми объятиями. Истории взлетов и успехов отдельных армян нам известны, однако эти случаи были исключительными. Нет оснований считать, что Эфиопия стала новым армянским Эльдорадо на Африканском Роге.

Абиссиния«времени путешественников» не стала для армян ни Венецией, ни Мадрасом. Однако к концу XIX в. многие из них начали признавать, что эта страна, несмотря на все сложности, может дать будущее им и их семьям; начали пускать корни здесь, обосновываться на постоянное жительство, разные периоды существования Армянского царства эфиопские монахи играли заметную роль в жизни армянских городов. Общины эфиопских христиан имелись в южноармянских городах Мардин, Диарбекир, Урфа. Следует отметить, что Эфиопская Церковь, как и Армянская Церковь, относится к древневосточным православным Церквям и придерживается миафизитской христологии.

Знаменитый Эвостатевос (Евстафий), основатель крупнейшего социально-религиозного движения в средневековой Эфиопии, совершил в начале XIV в. путешествие в Армянское Киликийское царство. Его контакты с армянским Патриархом были интенсивными. Вскоре он поселился в Армении, где и скончался. Эфиопское «Житие Эвостатевоса» сообщает много интересных и достоверных сведений о киликийской Армении, даже о браках армянок с крестоносцами-франками.

Армяне активно переселяются в Эфиопию в особенности в XV-XVI вв. В Эфиопии жил и творил Геворк, иначе абба Гиоргиос, написавший книгу эфиопских гимнов в честь Богородицы. В 1512 г. эфиопский император Лебна-Денгель направил другого армянина, Матевоса, послом к португальскому королю Мануэлю. Путешествие Матевоса продолжалось девять лет (1511-1520 гг.). Он побывал в Индии при дворе португальского вице-короля, в Лиссабоне и Риме. Это был первый эфиопский дипломат в Европе. Его рассказы о далекой африканской стране были записаны историографом короля Мануэля Дамианом ди Гоишем. В XVI - XVIII вв. европейские путешественники и миссионеры встречали в Эфиопии множество армян, принимавших активное участие в политической жизни страны. Через них поддерживалась и связь Эфиопии с Арменией. В Эчмиадзине известный русский ориентолог Б. А. Тураев обнаружил фрагменты эфиопских рукописей XIV-XV вв. Это редкие образцы ранней эфиопской литературы.

В самой Эфиопии в XVI-XVIII вв. делались попытки изучать армянский язык, очевидно, с помощью находившихся там армян. В двух рукописях Британского музея сохранились следы такого изучения – списки армянских слов с переводом на язык геэз. Армяно-эфиопские связи стали более прочными при императоре Иясу (Иисуса) I, который рассматривал армян, как близких и верных союзников христианской Эфиопии. При нем (1682-1704 гг.) важную роль играл армянин Элияс (Илья): он выполнял дипломатические поручения эфиопского императора при дворе султана в Судане. Армяне Эфиопии вели в основном дипломатическую работу, а также были задействованы в экономической сфере. Наиболее известен эфиопский дипломат-армянин – Мурад Чедеби, который более 50 лет своей жизни отдал служению Эфиопии на дипломатическом поприще. В 1700 г. был послан императором Иясу I во Францию ко двору Людовика XIV. Его имя до сих пор значится в числе выдающихся эфиопских деятелей. Он прожил 102 года.

К 1867 г. относится появление в Эфиопии армянской религиозной миссии. В этот период особо активизировались межцерковные связи. Армяне-торговцы стали заметной частью эфиопского общества. Их деятельность всячески поощрялось. В 1927 г. в Аддис-Абебе была построена армянская церковь и открыта армянская школа. Стоит также отметить, что музыка эфиопского национального гимна написана армянином Геворгом Налбандяном, а первое в Эфиопии спортивное общество, созданное в 20-х годах, целиком состояло из армян и называлось «Араке». В период правителя Менелика (1889-1913 гг.) армяне также занимали высокие посты при дворе. Братья Багдасаряны из Вана были дворцовыми ювелирами. Армяне занимали во дворце должности управляющих по финансам, главных архитекторов, советников по здравоохранению, личных лекарей.

Император Хайле Селасие лично усыновил 40 армянских сирот из Иерусалимского монастыря, которые оказались в Иерусалиме в результате армянских погромов в Османской империи. Армянские дети-сироты были членами оркестра, которым руководил Геворг Налбандян. Племянник Геворга Налбандяна Нерсес Налбандян, продолжив дело дяди, впоследствии стал уважаемым и известным в стране музыкантом.

К.В. Каспарян, Пятигорск, Россия

ОБЩЕРОССИЙСКАЯ И НАЦИОНАЛЬНАЯ ИДЕНТИЧНОСТЬ.  Материалы международной научно-практической конференции 19-20 апреля 2012 г. город Пятигорск

Top