В современной армянской и русской историографии имя одного из видных государственных деятелей Армении первой половины XX века, пламенного и великого патриота многострадальной Армении Гарегина Нжде (Гарегин Тер-Арутюнян), за редкими исключениями, почти не упоминается.

Его трагическая биография арменоведам и историкам известна. В этой связи, в нашем небольшом докладе, мы постараемся кратко остановиться на его вкладе в науку арменоведение, ответив тем самым, на для многих арменоведов спорный вопрос – можно ли относить пламенного патриота Гарегин Нжде к арменоведам?

Арменоведение 1920-30-х гг. в новом советском государстве характеризовалось явлением, которое, на наш взгляд, можно было бы назвать «застойным». Больших или сколько-нибудь заметных арменоведческих исследований в этот период в советском государстве не проводилось – в годы послереволюционной суматохи гражданской войны для научно-исследовательской деятельности попросту не было возможностей.

Однако мы здесь должны отметить статьи и записки Гарегина Нжде. Арменоведческая наука не относит его к арменоведам, поскольку считается, что он не оставил больших научно-исследовательских работ, которые можно было бы считать вкладом в арменоведение. Однако анализ содержания его многолетних записок, статей, писем, тюремных записей, по нашему мнению, нам дают полное основание считать часть его некоторых работ, как имеющие безусловное арменоведческое содержание. Причем это очевидно не из целей и названий его работ, а из их содержания.

Хотя он как пламенный патриот, как известно, в основном проявил себя на военном и политическом поприще, многие его работы, по крайне мере часть из них, посвящены сути армянства, армянской истории и особенностям армянской духовности. Начав с неприятия политики большевицких правителей Армении, Нжде впоследствии всю свою публистическую и политическую деятельность посвятил пропаганде и разъяснению сути армянства, избрав уникальный, свойственный только ему путь арменоведа.

Создав в 1920 г. «Клятвенные союзы», а в 1921 г. отказавшись признать советизацию Зангезура, Нжде убеждал всех, что все это противоречит армянскому народному духу, интересам армянского народа. Все это он опубликовал в изданных им в 1921 г. «Хутупских зовах».

После эмиграции, активно занимаясь публистикой, в 1929 году в Бейруте он издал книгу «Открытые письма армянской интеллигенции», на содержании которой остановимся чуть ниже. Здесь мы должны отметить, что в 20-30 годах, он опубликовал много работ и статей, на наш взгляд также имевшие арменоведческие аспекты. К.ним можно отнести издававшуюся им в Пловдиве армянскую газету «Размик», изданную в 1937 году в Софии острую критическую статью «Мой ответ». Главной целью этих работ и статей было поднятие и укрепление патриотических чувств армянства, разъяснению целей армянства, подготовка его к надвигающейся войне.

Одной из главных работ Гарегина Нжде, которую мы вполне, без натяжек предлагаем назвать арменоведческой, является изданные в им Бейруте в 1929 г. «Открытые письма армянской интеллигенции». Эти письма-статьи он полностью посвятил армянству, обращаясь к глубинам души, армянского национального характера. Проанализировав недостатки в армянском национальном движении, он пришел к важнейшему для армянства тех лет выводу: «Мы проиграли, потому что как нация, лишь частично осознали наш долг, вместо того, чтобы всецело использовать духовные силы нации, стали искать покровителей».

Относительно будущего армянского народа, в целом армянства, он полагал, что действовать нужно целенаправленно и активно: «На Востоке, в сложившихся условиях может жить только храброе армянство». По его мнению, Армянская Апостольская церковь в мировом армянстве должна играть одну из ведущих ролей. В этом, как он заключает, кроется живучесть не только армянства, но и самой Армянской Апостольской церкви. «Самозащита армянского народа – новое кредо армянской церкви», заключает он. Не вдаваясь в пространные рассуждения, мы здесь лишь отметим, что действительность не раз подтверждала пророческую правоту этих его мыслей.

В статье «Открытое письмо Майклу Арлену», опубликованной им в газете «Нор Аракс» в 1930 г. в Софии, Гарегин Нжде с доступных ему позиций, которые мы также предлагаем назвать арменоведческими, остро критикует М. Арлена (Тигран Куюмджян), армянина, порвавшего с армянством, модного в те годы в Лондоне публициста. «Прежде чем критиковать армянство, надо иметь мужество жить с его обремененной совестью, иметь характер спуститься в глубины этой совести».

Таким образом, не являясь арменоведом в научном смысле этого термина, Нжде дает жесткую отповедь антиарменоведческим высказываниям названного М. Арлена. В своей уникальной и пророческой работе «Тюремные записи (размышления)», Гарегин Нжде не только характеризует состояние армянства в тот период, вскрывает его самые существенные недостатки, но и определяет путь дальнейшего движения армянства в сторону его сплоченности. «Не совершенен тот армянин, – пишет он, –который для понимания философии отечественной истории, путей её дальнейшего развития, не пережил заново все прошлое своего народа».

Автор здесь прибегает к любым средствам, философским методам, которые смогли бы помочь сплотить переживающее трагический период армянство: «В деле формирования армянской сущности львиная доля влияния принадлежит армянским горам. Масис –пестун армянской души».

В рамках нашего исследования нет возможности и дальше цитировать полные конкретных призывов к мировому армянству строки этого великого армянина, подлинного патриота многострадальной Армении. В связи с этим, мы ограничимся лишь указанием на то, что автор здесь приводит основополагающие моменты, без которых и сегодня, мировое армянство было бы обречено на провал и забвение –это самосознание народа, чувство Родины, уважение к предкам, почтительное отношение в армянской церкви, взгляд на армянство на не как постороннее или относительное явление, а осознание самого себя внутри него.

«Армяне – народ духа, а духу присуще сострадание… Армяне – народ идеала, а идеал предполагает волнение духа, целеустремленность, тоску по наилучшему... Вслушайтесь в армянский эпос, в его фольклор, и вы убедитесь, что хлеб для армянина – не главное из жизненных благ».

В заключение наших слов о ходе мыслей и трудов такого необыкновенного, человека, преданного всей душой армянству, отдавшего этой идее всю свою жизнь, приведем его слова, обращенные, на наш взгляд, не только к армянскому народу, и всей науке арменоведения, всем арменоведам современности.

«Ретроспективным взглядом восстановить духовную жизнь своего народа в ту или иную историческую эпоху, путем археологических раскопок установить места развития его культуры, с помощью сравнительного языкознания установить возраст его языка, а затем – его место в большой семье народов, в свете современной философии рассмотреть его предания, эпос, мифы, одним словом – дать народу возможность узнать все его прошлое, означает создать все предпосылки для его полноценной жизни и творчества».

Тот факт, что Гарегин Нжде по сути являлся арменоведом, хотя косвенно и неосознанно, но признавали и его современники. Так, по мнению его многолетнего соратника Айка Асатряна, «…Гарегин Нжде с благовением относился к титанической боли армянства…, он страстный проповедник культа Родины и рода… Он указывал на некий центр притяжения – страдание рода. Это духовный знак нашего рода, по нему узнает нас мир».

Таким образом, очевидно, что Гарегин Нжде – это арменовед особого, духовно-этического формата. Он просто, в то же время глубоко разъясняет духовный мир армянства, каким он должен быть, каковы его задачи, что общего во внутреннем мире армян, как народа и т.д. Его мысли, безусловно, являются важнейшим, и, к сожалению, сегодня, несправедливо забытым вкладом в арменоведение. Такого вклада, уникального по духовности и глубине проникновения в армянскую насущность, после него в арменоведческой науке мы уже не встречаем. Этот вклад, на наш взгляд, сопоставим лишь с позднейшими материалами по геноциду.

 

Зинуров Рафаэль Нариманович, доктор юридических наук, профессор Комитет по международным делам Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации

Армяне в истории и культуре России XVIII–XX вв. Материалы Международной научной конференции Москва – Пушкино, 26–28 октября 2016 г.