Арпачайское сражение занимает одно из важнейших мест в истории русско-турецких баталий. Арпачай – река Ахурян – небольшой водораздел русско-турецкой границы, в силу стратегической важности является своего рода «Рубиконом» в русско-турецких отношениях. Именно здесь недалеко от местечка Гумры (нынешний Гюмри) произошло одно из ключевых сражений русско-турецкой войны 1806–1812 гг., во многом предопределившее также исход русско-персидской войны 1804–1813 гг., которое, к сожалению не достаточно освещено в армянской, и в современной российской историографии, тогда как в конце XIX в. эта битва обозначилась термином «сражение», несмотря на относительную малочисленность войск и узость местности.
О важности Арпачайского сражения свидетельствует обилие военно-исторической литературы, среди которой в качестве источников можно выделить Акты, собранные Кавказской археографической комиссией под редакцией Берже (далее АКАК), в которых содержатся рапорты генерала Гудовича, переписка с императором Александром и другие ценные сведения о состоянии Закавказского края в целом, a также о военных действиях на русско-турецком и русско-персидском фронтах; составленное начальником штаба Кавказского военного округа Н.Н. Белявским (под редакцией генерал-майора Потто) сочинение «Утверждение русского владычества на Кавказе»; «Истории войны и владычества русских на Кавказе: Т. 5 » Н.Ф. Дубровина; а также энциклопедия Г.А. Леера,
Военный энциклопедический лексикон (в 14 томах) под редакцией М.И. Богдановича, Энциклопедический словарь Ф.А. Брокгауза и И.А. Ефрона.
Участие армян в Арпачайском сражении детально представлено в трудах Сергея Минасяна и некоторых военных историков, труды которых доступны в открытых источниках. Несмотря на некоторые неточности и разночтения (источники разнятся в численности войск, людских потерь, пройденного расстояния, ввиду чего нами за основу были приняты данные АКАК, как более ранний и достоверный источник, в котором содержаться ссылки на первоисточники-например, оригинальные рапорты, доклады, записки), тем не менее современники и исследователи сходятся в одном: Арпачайское сражение имело огромное значение не только для русско-турецкой кампании, но и оказало колоссальное влияние на исход русско-персидской войны (1804–1813 гг.), в разгар которой в 1806 г. турки открыли новый фронт.
В мае 1807 г. Фетх-Али вступил в антирусский союз с наполеоновской Францией, в 1808 г. военные действия возобновились, и Россия оказалась втянутой одновременно в военный конфликт на трех фронтах: персидский, турецкий, европейский (война с Наполеоном). В создавшихся условиях крайне необходимо было координирование действий на Кавказском фронте с учетом острой нехватки войск: основные силы русской армии были задействованы на европейском направлении.
Под давлением французов, воодушевленный неудачами русских под Карсом, турецкий сераскери (главнокомандующий османским войсками) Кёр Юсуф Зияюддин-паша (он получил прозвище «Кёр», так как был слепым на один глаз) с 10-тысячной армией двинулся на Гюмри против отряда Несветаева, значительно уступавшего в численности. Персы заняли выжидательную позицию.
В случае успеха турков, они переходили в наступления, добившись преимуществ не только на поле брани, но и значительно улучшив переговорные позиции.
«Остановившись при селении Каракилисе (нынешний Азатан), по ту сторону Арпачая (река Ахурян. – Л. А.], в семи верстах от Гумри, сераскир прислал сказать Несветаеву, чтобы он выходил с ним драться в открытое поле. Имея незначительные силы, Несветаев предпочел защиту Гумры полевому сражению. Двенадцать дней готовились турки к атаке и 2 июня 1807 г. обрушились на отряд. С десяти часов утра и до семи пополудни длилось сражение: 19 мая (2 июня) турки подошли к селению Гумри и в тот же день напали на русский лагерь. Не обращая внимания на быстроту, с которою неприятель бросился на наш малочисленный отряд [русских], Несветаев встретил его молча, и, подпустив турок на весьма близкое расстояние, открыл со всех орудий картечный огонь одновременно с ружейным. Потеряв сразу 300 человек убитыми, не считая раненых, ошеломленные турки повернули назад и стали отступать. Огонь был так губителен, что неприятель против обыкновения не решался подбирать тела убитых и увозить их с собой. Бывшие в укреплении егеря, преследуя неприятеля, вывели из строя еще до 100 человек турок, уходивших в беспорядке на соединение с главными силами Юсуф-паши».
10-и часовой бой окончился полым поражением турков, потерей знамени и более 500 человек убитыми. «Так печально кончилось надменное бахвальство эрзерумского сераскира, получившего жесткий отпор от горсти скромных богатырей», – пишет генерал Потто. Несветаев императорским указом был удостоин ордена св.Георгия 3-го класса. «Признательность моя, – пишет Несветаеву Гудович, – ко всем вашим действиям, достойным опытного и предусмотрительного начальника отряда, вам порученная, есть совершенная».
Двигаясь по следам авангарда, сераскир в это время подходил к Гумри. Несветаев хотя и решился защищаться до последней крайности (до подхода Гудовича турки атаковали его трижды), но сознавал, что положение его весьма затруднительно и опасно.
С фронта приближался Юсуф-паша 20 000 человек, а левее и почти в тылу, персияне, по взаимному соглашению с турками, сосредоточивали войска в Эривани (нынешний Ереван) и располагали их лагерем на реке Занге (Раздан). В случае удачи турок они думали двинуться в Памбак и Шурагель (Ширак). При таком положении Несветаев просил прислать ему подкрепление, и получил в ответ, что граф Гудович «со всем своим отрядом идет к нему на соединение». Осознавая опасность ситуации, главнокомандующий Кавказских войск генерал-аншеф И.В. Гудович спешил на помощь Несветаеву.
8 июня он подошел к Гюмри. 26014 (по другим данным – 250) верст были пройдены за 15 дней, войска были утомлены и расстроены: «Гудович расположился у разоренной деревни Кунах-хран, в 7,5 верстах от Гюмри. Трудный 15-дневный поход через ширакские горы, при непогоде, утомил солдат, и главнокомандующий вынужден был дать несколько дней отдыха. Пользуясь временным затишьем, зная о том, что русские приближаются к Гюмри, Юсуф-паша отправил к ереванскому хану посланника с просьбою, чтобы он прислал подкрепление и тем самым оказал содействие ему в изгнании русских из Грузии и окончательном их истреблении. Карсский Мамед – паша также писал письма Будаг-султану Артикскому и своей сестре (жене Джафар-Кули-хана), в которых предлагал перейти на сторону турок, или, по крайней мере, «по прежнему знакомству и родству, сообщать сведения о числе, составе и положении русских войск».
Таким образом, вынужденный отдых русских войск сыграл на руку туркам, численность которых увеличилась до 25 тысяч. Помощь не заставила себя долго ждать. «С прибытием подкреплений в турецком лагере насчитывалось более 20 000 человек с 25 пушками и двумя мортирами. Граф Гудович мог противопоставить неприятелю только 6774 человека, считая в том числе отряд Несветаева и войска, расположенные в Шерагельской провинции». У Гудовича с Несветаевым – не более 6000. Тем не менее Гудович принял решение атаковать турков с целью отрезать их от Карса. Атака была назначена на 18 июня. Несмотря на тяжелые погодные условия (накануне прошел сильный дождь, дороги размякли, передвигаться было тяжело) генерал-аншеф повел главные силы, построенные в 4 каре, в обход турецкого лагеря.
Первое каре – генерал-лейтенанта барона Розена, состояло из двух батальонов Кавказского и Херсонского гренадерского полков; Второе каре – генерал-майора Титова – из двух батальонов херсонских гренадер. Третье каре – генерал-майора Портнягина – из четырех батальонов 9-ги и 15-го егерских полков. Четвертое – резервное каре – майора Ушакова – состояло из батальона кавказских гренадер и 3-х эскадронов нарвских драгун.
Продвижение было настолько затруднено, что Гудович изменил планы и решил атаковать турков с утра. Тем временем план русских был раскрыт и утром 18 июня 1807 г. турки перешли в наступление из Техниса (Тигнис, правый берег реки Ахурян, территория нынешней Турции. – Л. А.]. В битве участвовали «3 батальона Кавказского гренадерского полка, 4 батальона Херсонского гренадерского полка, 2 батальона 9-го егерского полка, 2 батальона 15-го егерского полка, 3 эскадрона Нарвского драгунского полка, 3 казачьих полка».
Густые пехотные колонны неприятеля стремительно атаковали левофланговое каре Розена. В то же время массы конницы налетели на среднее каре Титова. Опасаясь за прорыв своего центра, Гудович двинул вперед резервное каре Ушакова… 25 неприятельских орудий громили в это время главную опору боевого порядка русских сил – каре Портнягина. Положение было критическим. «Казалось, что на берегах Арпачая повторяется Аустерлиц: тот же дальний обход всеми силами, дождь, слякоть, неожиданный переход противника в наступление, удар в самую чувствительную точку… победу вырвал Несветаев. Он атаковал турков с тыла. Маневр этот решил участь всего сражения. Турки в панике бежали, несмотря на почти троекратное численное превосходство, оставив на поле боя 10 орудий, 2 мортиры (которые в дальнейшем были использованы Гудовичем при атаке Ереванской крепости в 1808 г.), знамена и оба турецких лагеря со множеством боевых и продовольственных запасов».
«Беспорядок в турецком лагере, поспешность отступления или, лучше сказать, бегства, дошли до того, что сераскир не успел сесть на лошадь и бежал две версты пешком. Неприятель потерял более 1000 человек убитыми… Посланные Аббасом-Мирзою отряды с окрестных гор любовались, как бежали турки, преследуемые русскими войсками, и наследник персидского престола с сожалением узнал о поражении Юсуф-паши, которого считал даровитым полководцем.
Расположившись в 35 верстах от поля сражения, с отрядом в 12 000 человек, Аббас-Мирза выжидал, чем кончится столкновение графа Гудовича с сераскиром, и когда получил известие о победе, одержанной «гяурами» (неверный), то предпочел, не соединяясь с турками, отступить к Нахичевани. «Только нерешительности персиян и отсутствию у них военного такта мы обязаны тем, что незначительный отряд русских войск, действуя наступательно и встретившись со всею неприятельскою армиею, мог одержать блестящую победу, кончившуюся совершенным рассеянием турецкой армии. Остатки ея, вместе с Юсуф-пашою, заперлись в Карсе».
В ходе Арпачайского сражения отличились и были награждены многие армяне, служившие в ополчении. Князь Луарсаб Тарханов был произведен в майоры Н. Георгий-Абамелик – в капитаны, Ага Аргутинский – в подпоручики, тифлисские армяне Ростом Корганов и Сагинов – в подпоручики. Полковник Ф.И.Ахвердов, командир 9-й артиллерийской бригады за умелое командование артиллерией и храбрость, проявленную во время Арпачайского сражения, первым среди армян – офицеров русской Кавказской армии был награжден орденом св. Георгия 4-й степени – высшей воинской награды Российской империи. В том числе и за победу при Арпачае граф Гудович был возведен в сан фельдмаршала, так как победа эта позволила перехватить инициативу на Кавказском фронте и заключить перемирие, столь необходимого в условиях войны с персами.
«Арпачайское сражение», закончившее собою действия наши в Азиатской Турции, убедило персиян в невозможности открытой войны с русскими… Главнокомандующий не без основания мог предполагать, что последняя победа его значительно ускорит окончание переговоров с персами… в апреле 1807 г. Аббас-Мирза писал графу Гудовичу, что на предложение России вступить в мирной соглашение, Персия выразила полную готовность…».
Воодушевившись этой победой, Гудович продолжил наступление в Карсском направлении, однако череда неудач привели его к мысли об отставке. «Неудачные действия в Карсском пашалыке и у Ахалкалак причинили графу Гудовичу еще большее душевное расстройство. Полагая, что неудачи эти будут иметь влияние при оценке заслуг его в Арпачайском сражении, он повторил свою просьбу об увольнении от службы, но Император не изъявил на это согласия. Пожаловав графу Гудовичу звание генерал-фельдмаршала, Государь выразил желание, чтобы он до времени сохранил звание главнокомандующего». «Настоящее положение дел во вверенном вам крае, писал Император (в рескрипте графу Гудовичу от 12 августа 1807 г., АКАК, т. 3, № 22. – Л. А.) требует прозорливого наблюдения вашей опытности, и начатые вами подвиги ожидают теперь столь же благоразумного окончания оных прочным миром. Я не сомневаюсь, что сии причины если не убедят вас посвятить службе отечественной еще некоторое время, то, по крайней мере, не умалят вашего усердия и деятельности до тех пор, пока не приищется для замещения столь важного поста достойный по вас преемник».
Таким образом, Арпачайская победа в русско-турецкой войне предотвратила вторжение персов в Грузию в ходе первой русско-персидской кампании. Назначенный главнокомандующим после отставки графа Гудовича генерал А.П. Тормасов в 1809 г. отразил наступление армии во главе с Фетх-Али в районе Гумры-Артик и сорвал попытку Аббас-Мирзы захватить Гaнджу (арм. Гандзак, г. Елисаветполь).
В мае 1810 г. русские войска нанесли поражение персам в Мегри и на р. Аракс (под командованием ген. Котляревского), а в октябре остановили продвижение персов на ахалкалакском направлении. В результате 12 октября 1813 г. был заключен Гюлистанский мирный договор – Трактат вечного мира и дружбы, между Императором Всероссийским и Персидским государством, закрепивший за Россией новоприобретенные территории в Закавказье.
Лилит А. Асоян, Российско-армянский университет, Ереван
Арменоведение. Выпуск VII. Труды Института постсоветских и межрегиональных исследований. Российский государственный гуманитарный университет. Москва, 2024.
