Национальный герой Андраник в Армавире

В настоящей статье рассматривается фрагмент из истории армянской общины г. Армавира – вклад выдающегося полководца Андраника Озаня­на в организацию армавирцами помощи своей исторической родине и соотечественникам.

Османская империя в Первой мировой войне выступила на стороне Германии и в октябре 1914 г. первой начала военные действия против Рос­сии на кавказском направлении. С конца XIX века турецкое правительство осуществляло геноцид в отношении западных армян, кульминацией кото­рого стало массовое уничтожение армянского народа в 1915-1923 гг. При­чем предлогом для окончательного «решения армянского вопроса» по-ту­рецки стали подозрения в симпатиях армян к России и участие восточных армян в составе действующей российской армии. Хотя известно, что ис­тинная причина крылась в стремлении уничтожить «армянский клин», препятствовавший реализации пантюркистских планов.

В связи с объявлением 22 октября 1914 г. войны с Турцией в армян­ских общинах и поселениях создаются комитеты, приступившие к органи­зации отрядов добровольцев и отправки их на Кавказский фронт.

26 октября 1914 г. в армавирской церкви Сурб Аствацацин выступив­ший перед паствой священник Геворг Сеферянц заявил: «Мы, как граж­дане великой России и как сыны армянского народа, не остановимся ни перед какой жертвой, те, кто в силах и в состоянии носить оружие, должны стать на ноги и если понадобится, пожертвовать жизнью».

В Армавир и в другие города и села Юга России, где имелись армян­ские общины, происходило переселение тысяч западных армян, чудом избежавших гибели от турецкого ятагана. И в прежние годы в оказании им помощи значительную роль играли благотворительные организации. Наи­большую активность проявляло отделение Армянского Благотворительно­го общества на Кавказе, женские организации, церковные попечительские советы, отдельные предприниматели и партии. Так, в сентябре 1917 г. на региональном съезде ячеек партии Дашнакцутюн было принято решение о создании Северо-Кавказского ЦК с центром в Армавире. Они выдавали продовольствие, одежду и отопление нуждающимся, организовывали еди­новременные или периодические выплаты денежных пособий, занимались трудоустройством беженцев, устраивали богадельни и приюты для стари­ков, размещали детей в учебные заведения и сиротские дома.

После объявления войны с Турцией в Армавире состоялось экстрен­ное совещание представителей общины, на котором был избран комитет под председательством священника Г. Твеляна и постоянно действующий президиум в составе С.И. Егорова (председатель), Б.К. Кусикова, С.М. Мхитаряна, П.Г. Гаспарова, П.А. Оганова и Л. Гюлумяна. Армянский комитет приступил к сбору средств для организуемых добровольческих отрядов и оказанию помощи беженцам.

Важную роль Армавира и местной армянской общины в организации помощи армии и беженцам неоднократно подчеркивал выдающийся полководец, национальный герой Армении генерал Андраник Озанян (1865-1927). В 1917 г. он, по меньшей мере, дважды посетил город на Кубани, названный в честь древней столицы Армении.

Андраник Торосович Озанян (1865-1927) родился в западноармянском городе Шапин-Карахисар. В конце 1880-х гг. он примкнул к движению армянских гайдуков-фидаинов и к концу 90-х гг. стал общим их руководителем. О его подвигах ходили легенды. Им восхищались соотечественники, панически боялись враги. В Первую Балканскую войну (1912-1913) армян­ские добровольцы во главе с Андраником и Гарегином Нжде в составе бол­гарской армии громили превосходящие силы турецкой армии. С началом мировой войны русское командование поручило Андранику сформировать и возглавить первую добровольческую армянскую дружину. Добровольцы, сражавшиеся самоотверженно и храбро, особо отличились в боях за Ван, Дильман, Битлис, Муш, Эрзерум и другие города Западной Армении. В 1916 г. Андраник выразил несогласие с решением генерала Юденича пе­ревести добровольческие формирования в состав регулярных частей, так как командование в любой момент могло перебросить боеспособные ар­мянские отряды из Западной Армении на другие участки фронта, обрекая местных армян на неизбежную гибель. В связи с этим Андраник подал в отставку и посвятил себя организации помощи беженцам. На поле бра­ни он вернулся только в начале 1918 г. после развала большевиками рус­ско-турецкого фронта.

Накануне февральского переворота в Петрограде, в письме к своему соратнику Левону Кюледжяну от 19 января 1917 г., помимо обсуждения вопросов издания газеты «Айастан» для западных армян он сообщил: «Думаю поехать в Армавир, по возвращении вновь напишу Вам».

В «Исторической летописи боевых действий генерала Андраника на Кавказском фронте 1914-1917 гг.» опубликованы воспоминания очевидца о пребывании Андраника в Армавире, датированные январем 1917 г. В ней читаем: «Было это в начале 1917 г., когда Андраник после посещения Кисловодска, Пятигорска, Нахичевани прибыл в Армавир и остановился в одной из армянских семей. Армяне Армавира содержали на свои сред­ства 65 сирот. Командир Андраник выразил желание увидеть их и с двумя местными национальными деятелями направился в сиротский дом. Застав сирот голыми, босыми, в жалком состоянии, мы, растерянные, вернулись домой. В этот день местные армяне устроили банкет в честь героя. Когда тамада преподнес 15000 рублей в дар Андранику, сказав: “Ваши земляки эту скромную сумму дарят Вам, чтобы потратили на свой отдых” (да еще 2000 рублей армяне Ялты прислали в дар командиру), Андраник, который был под впечатлением жалкого состояния сирот, взволнованно выразил благодарность за признание своих заслуг и сказал: “А я для успокоения своей души, из этой суммы дарю 10000 рублей сасунцам, которые понесли много жертв, 3000 рублей дарю местным сиротам, с положением которых ознакомился, и 2000 рублей дарю органу западных армян – ежедневной газете “Айастан”. “Ты бери себе эту сумму, – сказали присутствующие, – мы и о сиротах позаботимся, и беженцам поможем”. Но командир отказался, выразив благодарность».

Во второй половине октября – в начале ноября 1917 г. Андраник вновь побывал в Армавире и в других городах Северного Кавказа.

В статье Н. Ростованова в ежедневной армавирской газете «Отклики Кавказа» (№ 225) от 17 октября 1917 г. сообщалось: «В Армавир прибыл редкий гость – Андраник, – вождь и герой, пользующийся исключитель­ной популярностью среди армян. Нет села, нет города, нет такой глухой колонии армян, в какой бы части света она ни была, наконец, нет мужчин, женщин, стариков и детей, которые не знали бы имени Андраника и не преклонялись бы перед этим высоким именем. Вокруг его имени сложи­лась масса прекрасных легенд, его имя воспевается в множестве песен, уже ставших народными, как в хижине бедняка, так и в дворцах миллионеров. Андраник – это армянский Гарибальди... Андраник – воплощение армян­ского народа. Честь и слава тому народу, который родит таких героев».

Без предварительного оповещения с утра в воскресенье 15 октября в ожидании прибытия Андраника горожане стали стекаться к армянской церкви и школе. По приезде он был встречен тысячной толпой восторженными криками: «Кецце [Да здравствует, ура] Андраник»! В зале армянской школы открылось собрание общественности. В честь национального героя были произнесены приветственные речи Тониянцем и священником Нерсесом Ертевцяном, который редактировал еженедель­ник «Карик» («Нужда») на армянском языке. В ответном слове Андра­ник, выразив свою признательность за приветствие, сказал следующее: «Между нами, армянами, не должно быть расхождений на классовой почве, так как мы все дети одной земли, одной родины – далекой турец­кой Армении... Как весь организм чувствует боль при повреждении ка­кой-либо части своего тела, так и все армяне, как одно целое, как целый организм, должны были содрогнуться и почувствовать ту невыносимую боль, какая постигла турецких армян».

Эти слова были особенно актуальны в условиях нараставшего граж­данского противостояния в России. Отметив, что степень сплоченности и активности армян за пределами родины недостаточна, Андраник призвал еще шире развернуть помощь западным армянам. «Против оружия можно выставить оружие, можно с честью умереть на поле брани за родину, как это сделали наши доблестные товарищи – Кери и другие, но перед есте­ственным, стихийным бедствием оружие и храбрость бессильны. В насто­ящее время на нас надвинулось такое несчастье, как голод, что мы можем сделать против этого? Сумма всех пожертвований наших за все время не­счастий армян не превысила 1400000 рублей. Согласитесь, что сумма эта меньше даже той милостыни, которую вправе была получить окровавлен­ная и пострадавшая часть нации от своих здоровых братьев».

Где бы ни выступал Андраник, он подчеркивал незыблемость рус­ско-армянской дружбы и воинского братства. «На поле брани мы, армяне, – говорил в Армавире национальный герой, – со стороны русского войска встретили такое отношение, которое никогда не забудется. С казаками мы так тесно сблизились, что относимся к ним как родные братья, мы понима­ем и ценим друг друга: русские видели, что мы всегда шли первыми в бой и никогда не отступали. Я от души восклицаю: ”кецце русскому войску, кецце русскому казачеству и кецце кубанским казакам”». После этих его слов вся публика разразилась долго не смолкающими возгласами ”кецце” и громом аплодисментов. В память павших все почтили вставанием.

В заключительной части статьи Н. Ростованова рассказывается, что после закрытия заседания многотысячная публика провожала Андраника до его квартиры и около Александровского училища, встретив казаков, кричала «кецце» и «ура казакам». Проводив полководца до квартиры, местные жители долго не расходились, тем более что многие не попали в переполненный зал заседания. И только после того, как Андраник подошел к окну и раскланялся с публикой, народ стал расходиться.

Указанные события происходили в воскресенье. В том же номере газе­ты «Отклики Кавказа» сообщалось, что Андраник пробудет в Армавире до среды, и что, вероятно, будет «еще одно заседание, а также дан в его честь банкет». У нас нет информации о том, как прошел в Армавире упомяну­тый банкет. Зато есть описание подобного мероприятия в Майкопе, куда Андраник прибыл после Армавира и Екатеринодара. В Майкопе Андраник остановился в доме местного мецената, уроженца Армавира Макара Терзиева (Мхитара Терзияна), благодаря которому в этом городе была постро­ена церковь.

О пребывании Андраника в Майкопе и о банкете, организованном правлением женской благотворительной организации, сообщалось в за­метке тифлисской газеты «Айастан» от 2 ноября 1917 г. На вечере-банкете присутствовало 200 почетных граждан из тысячной армянской общины города. В своем выступлении Андраник, описав тяжелое положение голодающего народа, призвал местных армян «взамен суесловий и споров практическими делами помочь страждущим, голодающим братьям хлебом насущным». Обращаясь к присутствующим, он сказал: «Если вам достав­ляет удовольствие только присутствие мое, или подобных мне лиц, то не стоило здесь собираться. Если бы каждый армянин думал не только о сво­ем лишь благополучии – бедствий, выпавших на долю нашу, было бы на­много меньше». Далее он выразил благодарность кубанским казакам за гостеприимство, рассказал о неоценимой роли казаков в спасении армянских детей и беженцев и приветствовал казачьих воинов, своих соратников по оружию, что стояли тут же. После чего все присутствующие несколько раз скандировали: «Да здравствуют кубанские казаки!». Обращаясь к казакам, Андраник сказал: «Я полагаюсь на этот героический народ, уверен, что не даст умереть голодной смертью тем, кого он спас своим клинком».

Пламенные выступления национального героя перед представителя­ми армянской общественности способствовали мобилизации сил и средств на помощь беженцам. Где бы он ни выступал, его речь была пронизана болью за судьбу оставшейся части нации. Он обличал тех национальных политиков, которые во имя своих узкопартийных и классовых интересов, псевдоинтернационалистских идей забывают о главном – национальном выживании. «Политика всеобщего уничтожения – политика геноцида – уже осуществлена в самых широких масштабах и в самом жестоком виде. И в силу этого классовые различия среди турецких армян…стушевались – они все стали жертвами одной судьбы, одного правового положения, они все живут единым идеалом, единым горем, имея перед собой одного общественного врага… В разоренной нашей стране партии пусть проповедуют не отвлеченные теоретические учения, а то, каким способом обеспечить физическое существование уцелевших остатков истребленного народа…

Нам надо подумать о спасении уцелевших, чтобы завтра или послезавтра мы могли перестроить армянское общество на той же родине в соответ­ствии с ее исторической миссией и чаяниями…». Эти слова он произ­носил в Тифлисе, Армавире, Екатеринодаре, Майкопе и в других городах. Армяне Юга России, вняв его призыву, собрали крупную сумму для помощи беженцам и раненым военнослужащим.

Подписанный 3 марта 1918 г. правительством РСФСР в Брест-Литов­ске «мирный договор» с Германией и ее союзниками еще больше усугубил положение армянского народа. Лицемерная политика, проводившаяся правительством Ататюрка, позволила турецкой армии, получив от советского правительства финансовую и военную помощь и опираясь на поддержку своих закавказских соплеменников, развернуть масштабное наступление в Закавказье для окончательного «разрешения» армянского вопроса по-ту­рецки. В этот период количество беженцев на Юге России, в том числе и в Армавире, значительно возросло за счет уже не только западных, но и вос­точных армян, в частности, из Карабаха, Нахичевана, Гандзака, Баку и др.

Пламя гражданской войны самым катастрофическим образом повлия­ло на положение армянских беженцев, осевших в Армавире и в других го­родах Северного Кавказа. Питая надежду вернуться на родину, они скита­лись по заброшенным помещениям, подвалам и в классах армянских школ.

После окончательного утверждения советской власти в регионе национальные партии и благотворительные организации, занимавшиеся помощью беженцам, были ликвидированы. Преследованиям подвергалась церковь, объединявшая эту деятельность. Официальные власти не хотели отдавать самодеятельным национальным объединениям инициативу в работе среди многотысячного беженского населения, могущего стать важной социальной опорой советской власти. Однако вплоть до середины 20-х го­дов помощь беженцам не являлась приоритетным направлением советских органов. На это в 1925 г. обратил внимание инструктор отдела националь­ностей ВЦИК РСФСР Моравский. Он писал: «В округах: Армавирском, Владикавказском, Майкопском проживает около 25.000 армян беженцев, бывшие хлеборобы и садоводы... Местные власти не обращают на них поч­ти никакого внимания, постоянно переселяя с места на место. Жилищные условия их невыносимы. Живут, главным образом, в полуразрушенных домах, сараях и подвалах. Я с представителем армянской секции осмотрел их жилища в Майкопе, Владикавказе и Армавире, они произвели на меня тяжелое впечатление. Помещения сырые, полутемные, нижние этажи без деревянной настилки, всюду невероятная грязь и духота. Все помещения служат им одновременно складом топлива и продуктов. Среди этой грязи, вони и дыма лежат роженицы и больные, так как в больнице, как не за­страхованных, их не принимают. Особенно тяжелое положение женщин и детей, постоянно находящихся дома, цвет лица у них землистый, поч­ти все страдают суставным ревматизмом и туберкулезом. Местные власти не идут им навстречу. В Армавире из подвала д. № 1-73 по Георгиевской улице Местхоз выбросил на улицу около 70 семейств, не помогло вмеша­тельство армянской секции. Выселенные вынуждены были вырыть себе землянки за городом и там поселиться. Освобожденные подвалы до сих пор никем не заняты».

Если до заключения советско-турецкого Московского договора (1921), и в особенности Лозанского договора (1923), у многих армян еще остава­лась надежда вернуться на родину в Западную Армению, то теперь эти надежды отодвигались на неопределенный срок. Что касается генерала Андраника, то после завершения мировой войны он, находясь во Франции, разрабатывал планы освобождения Киликии. С 1922 г. генерал перебрался в США, где организовывал пожертвования в пользу армянских беженцев и сирот.

Выдающийся полководец, герой России и Армении умер 31 августа 1927 г. В январе 1928 г. его останки были перевезены в Париж и захоронены на кладбище Пер-Лашез. В 2000 г. его прах перезахоронен на ереванском кладбище героев Ераблур. Память о генерале Андранике важна не только как дань уважения великой истории России и ее союзника Армении, но и для воспитания настоящего патриотизма и любви к родине без каких-либо идеологических предпочтений. В этом заключается главный урок, который можно извлечь из истории жизни и борьбы великого полководца.

Акопян Виктор Завенович – кандидат исторических наук, доцент кафедры исторических и социально философских дисциплин, востоковедения и теологии Пятигорского государственного университета, г. Пятигорск.

"Армавир в трех столетиях истории России: XIX - XX - XXI вв. (к 180-летнему юбилею города)". Материалы Всероссийской научно-практической конференции с международным участием.