Общественно-политическая жизнь армян на Кавказе в начале 20 века

В период завоевательных войн на Северном Кавказе армяне, как наиболее надежная и боеспособная часть кавказских народов была использована российским правительством в своих целях. Армяне, понимая прогрессивную роль России на Кавказе, твердо заняли русскую ориентацию. Что касалось торговой деятельности и военного искусства, русское правительство твердо опиралось на армянское население, видя в них своих сторонников.

Однако, рассматривая политическую линию российского правительства, прослеживается определенное непостоянство в возрождении армянской государственности. Если Петр I и Екатерина II пропагандировали создание самостоятельного армянского государства, то, начиная с правления Павла I и вплоть до падения царизма в 1917г., эта идея была отвергнута, и армянский народ, не получив обещанного, оказался в такой же зависимости, как и в Иране.

Примером этому служит факт, когда 14 мая 1805 г. Карабахское ханство вошло в состав Российской империи и признало над собой протекторат России, хан лишился «права смерти над подчиненными, чеканки монет и внешнеполитических сношений». Но ежемесячная дань, установленная в 8 тыс., червонцев рассматривалась самодержавием как средство для «привлечения преданности азиатских народов к российскому правительству».

После убийства Ибрагим-Хана, проявившего нелояльность к России, самодержавие признало сына Мехти-Кули владетелем Карабаха.

Таким образом, Петербургский двор грубо попрал права коренных меликов. Мелики не признали легитимность хана, в 1806 г. разработали программу и представили ее уполномоченному верховного католикосата в С.-Петербурге т.с. Минасу Лазареву. В документе указывалось мнение об «освобождении карабахского округа Арцах, упразднение удельной власти хана, восстановление владельческого положения и прав, нахождение при них пристава или представителя русской власти, представление армянскому населению привилегий по примеру армянской общины г. Новой Нахичевани».

Но программа не получила признания в силу ряда причин и прежде всего из-за сокращения армянского этноса, вызванного войной России с Персией (1804-1813) и Турцией (1806-1812). В результате, значительная часть армян была угнана. В 1843 году общая численность населения составила 132972 человек: армян стало 57105 человек и мусульман 75867 человек. Затем процент армян нарастал благодаря возвращавшимся на родину.

Кроме указанных обстоятельств, имели место внешнеполитические факторы.

Доказательством того, что Карабах преимущественно был заселен армянами, является записка капитана генерального штаба Пружановского о Карабахе от 16 марта 1845 г., доложенная 4 апреля царю Николаю I. В ней отмечено: «С незапамятных времен в Карабахе армяне составляли господствующий народ. Еще в конце половины 18 столетия Карабах разделялся на магалы, из коих оседлыми правили мелики (армянские первостепенные армяне) и были повелителями края». Подобное положение сложилось и в Восточной Армении.

К этому следует добавить, что политическая деятельность армян Карабаха, в связи с осложнившимися обстоятельствами, была напряженной как среди местного населения, так и за ее рубежами.

Весь XIX век характеризовался противоречивым отношением русской администрации к армянскому народу.

Известный в широких кругах научного мира профессор А.К. Дживелегов так писал по этому поводу: «Еще не так давно в России никакого армянского вопроса не было. Армяне жили там, где поселило русское правительство, занимались своим делом, старались как можно реже беспокоить начальство и привлекать на себя его тревожное внимание, учились, своей деятельностью поднимали производительныя силы края, несли на себе государственные тяготы, которых было немало. И центральное правительство, и кавказская администрация поведением армян были как нельзя более довольны. Мало того, армяне пользовались даже покровительством администрации, им дорожили, перед ними - верится с трудом - заискивали. И вдруг все это так круто переменилось. Внезапность этого поворота придает ему большой интерес и заставляет несколько внимательнее приглядеться к его причинам».

Рассматривая детально этот вопрос, он отмечает, что в конце 20-х годов XIX века, когда России пришлось вести кровопролитные войны с Персией и Турцией, армяне были самыми деятельными союзниками русских войск, и русские генералы не скрывали благодарности. «Только благодаря преданности армянских масс, правительство могло не бояться восстания во вновь завоеванных у Персии и Турции областях, только благодаря их поддержке военные действия в 1854-1855 годах на Кавказе окончились так удачно, только благодаря популярности борьбы с горцами среди армянского населения русские отряды могли не бояться опасных диверсий. Ставропольская губерния, северные уезды Тифлисской и Елизаветопольской губерний могли охраняться крошечными сторожевыми отрядами и служили непреодолимой плотиной даже в такие моменты, когда священные призывы газзавата разливали повсюду волны горских полчищ. Ясное дело, что если бы кругом кавказского хребта не было сочувствующих масс христианского, армянского и грузинского населения, сдерживавших своих мусульманских соседей, то картина войны была бы совершенно иная, и покорение Кавказа могло затянуться на долгие годы. После того, как в Дагестане пали последние оплоты Шамиля, прошло еще немало лет, пока мир и спокойствие воцарились в сердце Кавказа, пока выехали наиболее горячие патриоты и оставшиеся свыклись с патриархальной опекою русского бюрократизма. И в этот промежуточный период необыкновенно ценна была роль армян; они проникали в качестве предприимчивых купцов в аулы, вносили туда культуру и примиряли гордых горных рыцарей с русским владычеством».

В период Русско-турецкой войны 1877-1878 гг. армянское население Западной Армении с восторгом встречало русские войска, но значительная часть территории Малой Азии, завоеванная русскими войсками, на которой проживали армяне, была возвращена Турции по Берлинскому трактату. С этого времени и начинается массовое истребление армян - в отместку за поддержку русских войск.

С 80-х годов в различных местах Турции разрастаются восстания против османских поработителей. В свободных странах Европы создаются армянские революционные комитеты, помогавшие своим собратьям материально и оружием. В России этот процесс развивался намного сложнее. Царское правительство негативно относилось к оказанию такой помощи.

После Крымской войны 1855 г. русское правительство было вынуждено приступить к коренным реформам в различных сферах общественной жизни. В 70-х годах, особенно после упразднения Кавказского наместничества в 1881 г. и назначения на Кавказе князя Дондукова-Корсакова, берет свое начало армянский вопрос в России. К этому времени новые течения общественной мысли доходят до Кавказа, «и мы видим, как молодые интеллигентные силы армянского и грузинского народа посвящают себя общественной деятельности в деревнях и селах. Преобразование суда выдвинуло целое поколение молодых кавказских юристов; сотни юных учителей и учительниц, получивших образование в преобразованной армянской школе, стремятся в народ, чтобы поделиться с крестьянством знаниями, вывести его из тьмы невежества на светлый путь просвещения».

С этого времени отношение к армянам резко меняется, особенно с упразднением кавказского наместничества и назначением на Кавказе князя Дондукова-Корсакова.

После Русско-турецкой войны 1877-1878 гг. сотни тысяч турецких армян переселились в пределы России, и после неудачной войны «на них обрушились и турки, и русское правительство...». Для последнего роль армян в качестве передовых отрядов русского влияния, по-видимому, окончилась. Турция и Персия надолго были обессилены военными событиями. Горцы Северного Кавказа, храбро отстаивавшие в течение полувека свою независимость, были усмирены и наполовину истреблены русским оружием. Поэтому более они не были опасны для правительства.

Царское правительство рассматривало всякое стремление армянских партий, обществ, направленных на оказание помощи армянам Западной Армении, как революционное движение и всех подозрительных участников этого движения высылало в районы Северного Кавказа под надзор полиции. Высылке подлежали представители духовенства, учителя, врачи, учащиеся, дети купцов и представители других сословий.

Из ведомостей уездов полицейских управлений Ставропольской губернии за 1897 г. среди других лиц фигурировали ряд представителей - участников тайного армянского революционного движения: врач-окулист Эриванской губернии Степан Тер-Микиртичьянц; мещанин г. Александрополя Татевос Давидович Хзмалианц; крестьянин Елизаветопольской губернии Иваннес Артемьевич Иваннесянц; житель села Тифлисской губернии Михаил Петросянц; дети Тифлисского купца врач Тигран и Аршак Татевосовы; народный учитель Эриванской губернии Антон Тер-Григорьянц; крестьянин Михаил Тер-Исиянц и другие.

В одном из писем секретарь Эрзерумского Генерального консульства в секретном донесении от 5 октября 1898 г. доводит до сведения Главного Кавказского начальства о том, что по сообщению одного, заслуживающего доверия лица, прибывшего недавно из Кагызмана, в Кагызманском округе существует армянский революционный комитет «Гнчакистов» (свободомыслящих), имеющий целью производить по временам смуты на границе и внутри Турции и снабжать армян в Турции оружием, и что в состав этого комитета входит Кагызманский окружной врач Качкачев, на имя которого получаются, будто бы, из Баку деньги для оказания пособий турецким армянам - переселенцам.

Военный губернатор Кавказской области, от которого были затребованы сведения, сообщил, что члены армянского комитета «Гнчакистов» в Кагызманском округе «проявили себя участниками армянского революционного движения, менее нельзя сомневаться в их искреннем сочувствии к судьбе соплеменников в Турции» и, несмотря на это врач Кочкачев был выслан на Северный Кавказ под надзор полиции.

Особенно отчетливо прослеживается негативное отношение местной администрации к армянским школам. В армянских школах обучение проводилось на армянском языке, русская литература и русская история также изучалась на армянском языке. «Это привело в бешенство главноначальствующего на Кавказе Дондукова-Корсакова и попечителя кавказского учебного округа, ярого гонителя инородцев и создавшаго себе печальную известность за преследование армян - Яновскаго. Эти два лица, с окружавшей их кликой, начали поход против армян. В Петербург полетели донесения, что на Кавказе не совсем благополучно, чтоьармяне подготавливают отделение от России и мечтают о создании своего царства».

В 1885 г. Правительством закрываются около 500 армянских церковно-приходских школ, отбирается их имущество. Как ни странно, после резни армян в Турции 1895 г., гонения на армянские школы усиливаются. Редактор же газеты «Кавказ», известный ненавистник армян, В.Л. Величко но поводу бесчеловечной резни в Турции заявил: «Армянам так и надо».

В последующие годы отношение русского правительства к армянам значительно ухудшилось. Армян перестали принимать на государственную службу, а армян-чиновников, занимавших административные должности, переводили в глушь или назначали в Польшу или Грузию. В армянские провинции, наоборот, посылали «русских чиновников самого последнего сорта, не только не знающих местного языка, но и вообще имевших слабое понятие о законности и правомерном управлении» и, что еще более важно, «до последнего дня самодержавия Кавказ не получил ни земства, ни суда присяжных, ни высшей университетской школы».

Директор канцелярии главноначальствующего гражданской частью на Кавказе, конфиденциально обращаясь к Евгению Корниловичу 8 августа 1885 г., сообщает: «В видах прекращения превратных толков и для успокоения умов, по Кавказскому Цензурному Комитету сделать распоряжение о недопущении в Тифлисских периодических изданиях дальнейших сообщений о закрытии армянских училищ, а равно и всяких рассуждений по этому поводу. Признавая необходимым меру эту распространить на весь Кавказский край, г. Главноначальствующий просит Ваше Превосходительство сделать в вышеозначенном смысле распоряжение и по отношению к периодическим изданиям, выходящим во вверенной Вам области».

Еще более унизительным следует рассматривать стремление власти запретить армянскому народу называться народом: «Цензор зачеркивал слова «армянская нация», «армянский народ» и заменял словами «армянское общество».

Русское правительство в своих действиях против армян пошло дальше. В 1903 г. был издан указ о лишении армянской церкви всего ее имущества. Это вызвало взрыв негодования среди армянского народа. И.Н. Ананян пишет: «Нужно знать, какую важную роль играет церковь в армянской жизни»... «Цель правительственных затей, интриг Яновского и Голицина - тогдашнего главноначальствующаго на Кавказе была достигнута. Началось народное восстание».

В 1905-1907 гг. казаки и чиновники осаждали армянские церкви, как крепости, которые с большим трудом удалось очистить от армян. Но армяне быстро создали боевые дружины, защищая церковные земли. Силы были неравные и правительственные войска смогли усмирить население. Однако армяне не смирились с создавшимся положением, объявили всеобщий бойкот. Монастырские лавки были закрыты, земли остались необработанными. Цензура не смогла справиться со всей массой противоправительственных листовок.

Царское правительство не остановилось в своих действиях против армян. И когда местные власти поняли невозможность натравить грузин на армян, в татарских селах было роздано оружие с помощью правительственных агентов. В армянские села стали назначать чиновников татарского происхождения, стали разжигать религиозный фанатизм. В религиозном экстазе татары набрасывались на армян, началась кровопролитная армяно-татарская война, причем полиция и чиновники открыто держали сторону татар, у армян немедленно отбирали оружие.

Деятельность местных властей зашла так далеко, вызвав недовольство населения, что правительство было вынуждено послать на Кавказ в качестве «вестника мира» - Воронцова-Дашкова. Вновь было восстановлено Кавказское наместничество.

Во время этих событий свыше четырехсот совершенно невинных уважаемых и почетных граждан по доносам жандармов были арестованы и содержались в кандалах и арестантских халатах в течение трех лет. На защиту жертв политического произвола выступил цвет русской адвокатуры - Керенский, Зарудный и Переверзев: «На суде обнаружились отвратительные подлоги, совершенные следователем Лыжиным в целях оклеветать целую нацию, набросить тень на доброе имя армян».

Необходимо отметить, что злостные нападки на армян продолжались вплоть до Первой мировой войны. В первые дни войны с Турцией гнев наместника неожиданно сменился на милость. «Преследуемым раньше революционерам, главарям партии Дашнакцутюн, было объявлено о разрешении вернуться на Кавказ - и они тотчас приступили к формированию национальных дружин добровольцев для освобождения турецких армян...».

Прослеживая военно-политическую параллель в позиции Турции, Ирана и Российской империи в отношении подвластных малых народов, невольно возникает мысль об однотипности их действий. Имперская политика этих государств очень схожа и наводит на мысль о том, что, как сказано в статье о геноциде армян в Османской империи в газете Коммунист за 1993 г. от 24 апреля, «независимость - залог спасения любого порабощенного народа. Зависимое существование неизбежно приводит к уничтожению нации. Сроки и формы последнего определяет сама империя, то ли мечом и огнем, то ли депортацией в гибельные пустыни», а также ассимиляцией.

Предпосылками к развязыванию антиармянской пропаганды стали ряд факторов, среди которых были: превалирование армянского капитала на Кавказе, приведшего к капиталистической форме производства, высокий образовательный уровень городского армянского населения, их стремление помочь своим соотечественникам в Западной Армении, изнывавшим от варварских зверств Турции против армян.

Однако необходимо отразить и такую сторону жизни армян. Ведь основная масса их занималась земледелием, тяжелым крестьянским трудом и некоторая часть армян, не видя перспективы, уезжала на заработки в крупные промышленные центры, особенно в Баку и города Северного Кавказа.

Все эти факторы привели к увеличению армянского населения в крупных городах. Армяне стали организовывать национальные партии, строить типографии, издавать газеты, литературу, преимущественно исторического характера. Возросло самосознание армянского народа. Армянское население Северного Кавказа преследовало основную цель - освобождение угнетенного армянского народа Западной Армении. В этих условиях армянское население было вынуждено оказывать сопротивление противозаконным действиям местной администрации.

Все эти факторы привели в движение передовую часть армянской интеллигенции, которая не преследовала цель антигосударственной деятельности, а только отстаивала свои права. Царское правительство же в этом видело подрыв устоев самодержавия.

Начиная свою книгу «Армянский вопрос и армянские погромы в России (панисламизм)», Гр. Чалхущьян приводит цитату из речи профессора, князя Трубецкого: «Если позволите Государь, мы можем сказать только то, что объединяет большинство русских людей... Нужно, чтобы не было бесправных и обездоленных. Мы хотели бы, чтобы все Ваши подданные, хотя бы чуждые нам по вере и крови, видели в России свое отечество, в Вас своего Государя, чтобы они чувствовали себя сынами России и любили Россию так же как мы ее любим».

Заключая эту мысль, автор пишет: «Государство - не вооруженный лагерь и не может жить, существовать одной суровой строгостью, только дисциплиной...» и далее: «Пока отношение нашей бюрократии к армянам основано было на доверии и любви, пока армяне пользовались всеми правами и преимуществами русских граждан и по отношению к ним действовал принцип: нет ни элина, ни иудея, армяне представляли собой самый надежный мирный, желанный элемент в России вообще и на Кавказе в частности. Но как только армяне очутились в положении «бесправных и обездоленных», то возник армянский вопрос».

Таких примеров много, некоторые из них необходимо привести. Армяне, спасшиеся от турецкого ятагана, переселились в Сухумский округ и на Черноморское побережье. Здесь в непроходимых тонях и болотах умирали переселенцы тысячами, и в этих ужасных условиях жизни пришлые армяне, как пишет князь Шервашидзе: «взялись за «исполинский труд» - возделывание культуры лучших сортов табаку, они пробудили к жизни спавший до того край. Поднялись цены на землю, которая стала приносить высокую аренду. Увеличились доходы казны. Культура табаку достигла удивительного совершенства и это факты - отсюда теперь вывозят табак в...Египет. Армяне сжились со страной. Построили себе дома, построили храм. Их двадцать тысяч человек. Вдруг выходит распоряжение кавказской администрации - выселить армян подальше вглубь Сибири». И только после вмешательства ученых общества и знатоков кавказского края это распоряжение не было выполнено.

Или ноябрьский циркуляр 1901 г. князя Галицина о возвращении беженцев-армян в Турцию, «голодные, оборванные, жалкие переселенцы столпились на границе Турции. Христианская держава их изгоняла, а басурманская не принимала! Через тифлисского французского консула они тщетно ходатайствовали о милосердии султана! Дальше, дальше от этих тяжелых, обидных воспоминаний! Просто изощрялась какая-то охота в преследовании армян».

Были забыты все подвиги армян во славу русского оружия, экономического развития края, забыт рескрипт императора Николая I на имя епархиального первенствующего архиепископа Нерсеса гласивший: «Нарушение мира персиянами и внезапное вторжение их в Наши области подали случай армянскому народу в, Грузии обитающему, явить на опыте свое усердие и нелицемерную к Нам преданность. В сих обстоятельствах он доказал, что умеет ценить благотворные о нем старания Правительства и что видит ясно превосходство настоящего жребия своего пред участью столь многих единоверцев по иным странам рассеянным. Поручаем Вам изъявить всем армянам в духовном Вашем управлении находящимся, совершенное Наше благоволение и уверить их Императорским нашим словом в продолжении к ним особенных Наших милостей. Доколе пребудет непоколебимо верность народа Вашего, обретшего надежное убежище под сенью Российского престола, Мы вменим Себе в обязанность неусыпно пещись о его счастье и успокоении».

Ярким примером негативного отношения представителей Российского правительства к событиям 1894 г., когда прошла армянская резня в Османской империи, унесшая 300 тысяч жизней, в Англии, Франции, Италии, Швейцарии прошли бурные митинги против красного султана и «все армяне с замиранием сердца ждали, что скажет Россия. От одного слова ее зависела судьба и жизнь сотни тысяч страдальцев. Слово было сказано, но не в пользу армян. Министром иностранных дел был князь Лобанов-Ростовский, утверждавший, что нам нужна Армения без армян».

В этом аспекте необходимо рассмотреть позицию армянских обществ в отношении избиений армян в Османской империи. Российское правительство крайне негативно относилось к той помощи, которую оказывали армянские общины Кавказа и, в частности Северного Кавказа, а также стремлением армян привлечь внимание передовой международной общественной мысли к этой проблеме.

В одном из документов министр внутренних дел в доверительном письме от 5 июля 1895 г. уведомил Главноначальствующего, что сведения о настоящем положении армянского национального движения были повергнуты им на Высочайшее благовоззрение, причем им доложено относительно необходимости принятия мер к прекращению денежных сборов среди русских армян и отправления через Персию в Турцию транспортов оружия и боевых припасов, а также к расследованию деятельности «Армянской рабочей революционной ассоциации», для привлечения членов оной к формальной ответственности. На представленной по сему предмету всеподданнейшей записке Его Императорское Величество изволил собственноручно начертать «Вполне согласен».

Совершенно секретно 27. III. 1895 г. Никому не показывать. Уведомляя Главноначальствующего, что по сведениям Турецкого посольства, среди кавказских армян собираются будто бы подписи к адресу по поводу последних беспорядков в Армении, для отправки его в Лондон к Гладстону, просьба проверить справедливость изложенного.

Не менее жестким было отношение к армянским благотворительным, издательским обществам, периодической печати на Кавказе.

Благотворительные общества, поддерживавшие просвещение среди армян и выдававшие стипендии неимущим учащимся и студентам, насаждавшие ремесла, издававшие книги на армянском языке, с армянской тематикой, возникшие в 70-х - 80-х годах XIX столетия, Голициным в 1898 году были закрыты. Затем очередь наступила за библиотеками, т.к. считалось - читать армянские книги вредно. Издательское общество было закрыто.

На Кавказе издавалось три армянские газеты: «Мшак», «Ардзаганк» и «Арарат»: Все они были закрыты, или издание их приостановлено. Периодическая печать была уничтожена.

Репрессивные меры Дондукова, Шереметьева вызвали протест учащихся, студентов, литераторов. Выведенные из терпения, они устраивали демонстрации протеста. Полиция Галицина беспощадно расправлялась с протестующими. Одним из способов избавиться от недовольных стало заключение их в тюрьму, а затем высылка под гласный надзор в Тулу, Тамбов или Вологду, подальше от Кавказа.

Не вся передовая часть интеллигенции России отзывалась на трагические события в Турции конца XIX века. Происходящими событиями был глубоко опечален великий художник Иван Константинович Айвазовский, как патриот России и как армянин он говорил: «Стыдно отворачиваться от своей народности,.. тем более такой маленькой и угнетенной»... « Источником тяжелых переживаний для него была мысль о тех неистовствах, которые турки совершили над беззащитными, несчастными армянами. Он не переставал верить, не переставал надеяться, что у людей дрогнет сердце и заступится же наконец Европа, не позволит туркам окончательно вырезать несчастную народность».

На трагические события в Западной Армении он откликнулся, написав ряд картин, которые послал в Москву. В одной из статей по поводу выставки было сказано: «Нельзя без содрогания и слез смотреть картины трапезундского избиения армян в 1895 году».

И.К. Айвазовский глубоко переживал эти трагические дни и сообщил о своем намерении «красным цветом нарисовать картину резни армян, кровавые долины и горы, скорбящего Хайрика на развалинах...».

Он был не только глубоко огорчен положением армян в Турции, но подвергал резкой критике русскую политику и лично князя Лобанова-Ростовского.

И.К. Айвазовский оказывал щедрую помощь армянским беженцам, денежные средства от распродажи картин он передавал в фонд помощи нуждающимся армянским семьям и через Российское посольство в Турцию посылал деньги в пользу армян: «Армянский народ всегда с гордостью отмечал, что великий художник Айвазовский был его кровным сыном».

В копии документов о революции 1905-1907 гг. на Ставрополье и в политическом обзоре отмечено, что после акта 17-го октября Юлиан Нерьевич (член губернского по воинской повинности присутствия) является одним из главных организаторов конституционно-демократической партии и является оратором на собраниях этой партии, отличается крайнего направления речами.

Кроме Нарьевича я должен указать на товарища председателя Ставропольского окружного суда Дальянца, члена того же суда Петрова, городского судью Сыросинского, помощника губернского врача Зубрилина и председателя Ставропольского уездного съезда Рослякова, из которых последний совместно с известным своей неблагонадежностью помощником Яковым Абрамовым, являясь гласным Думы, всегда составляли оппозиционный элемент всяких предложений губернатора.

Дальянц же, как армянин, не стесняясь, говорил о том, что Русское правительство умышленно направляет татар на армян.

Исправляя временно должность председателя суда Дальянц, при каждом случае осуждал всякого рода мероприятия правительства, клонящиеся к подавлению революционного движения, такие же Дерганянц и Сыросинский и Петров, что же касается Зубрилина, то он являлся оратором на всякого рода митингах.

Архивные материалы убедительно свидетельствуют о настороженности как местной администрации, так Российского правительства к действиям армянских общин. В одном из конфиденциальных сообщений Главноначальствующему гражданской частью 16 декабря 1888 г. сообщается, что произведенным чинами Корпуса жандармов по поводу оскорбления действием 19-го минувшего марта директора Эриванской гимназии Бражникова установлено существование в некоторых слоях армянского населения Кавказа нежелательных тенденций, проявляющихся в попытках к образованию тайных кружков, под видом благотворительности или других общеполезных целей, но имеющих, в сущности, подоплеку политического свойства. Главная цель участников этих кружков заключается в возбуждении малоазиатских армян против турецкого владычества и в оказании им поддержки как материальной, посредством собрания в пользу них денег и высылки оружия, так и моральной в виде разных статей армяно-патриотического направления в местной печати и пропаганды объединения и независимости армянского народа.

Относительно стремления вожаков армянских патриотов к воздействию в таком же духе на русских армян с целью укоренить в них сепаратистские тенденции и вызвать попытки к отделению от России, дознание не представило достаточных данных к положительным в этом отношении выводам, хотя многие обстоятельства, несомненно, указывают на существование в среде некоторой части Закавказских армян смутных мечтаний о будущем восстановлении единства и политической самостоятельности как турецкой, гак и русской Армении. Хотя никакой серьезной политической в этом смысле организации в крае нет и поборниками идеи возрождения самостоятельной Армении является лишь самый ограниченный кружок, состоящий из молодежи священников, получивших воспитание в Эчмиадзине, учителей и публицистов.

Тем не менее, в обязанности Правительства и местной администрации должно входить бдительное наблюдение за дальнейшим развитием в армянском обществе национально- сепаратистских стремлений, но действовать в этом смысле необходимо крайне осторожно, дабы принятием крупных мер не придать армянским патриотам понимание в важном значении их деятельности и этим не возбуждать искусственно сочувствия к ним среди масс.

«В этих видах я испросил Высочайшего Его Императорского Величества разрешения на принятие целого ряда мер, направленных к подавлению еще в зародыше начавшегося среди армян политического движения. К числу этих мер относится и подчинение всех существующих в крае армянских частных обществ особому надзору местной администрации.

Сообщая о вышеизложенном, покорнейше прошу Вас, Милостивый Государь, во исполнение Высочайшей воли, объявленной мне Министром Внутренних Дел, установить по вверенной Вам области самый строгий надзор за деятельностью существующих в ней армянских частных обществ; проверить основания и цель их учреждения и закрыть те из них, которые уклоняются от этой цели или преследуют иную, не разрешенную Правительством. Вместе с тем прошу Вас обязать теперь же все благотворительные и иные армянские частные общества представлением ежемесячных отчетов о поступающих к нам данных взносах и о производимых расходах, возложив на одного из состоящих в Вашем распоряжении чиновников фактическую проверку этих отчетов. При этом, чтобы не подать указанной мерой армянам повода жаловаться на гонение их национальности, что было бы несогласно, как выше изложено, с видами Правительства, я нахожу полезным распространить, конечно только для вида, особый административный надзор и на другие не армянские частные общества за исключением состоящих под покровительством Высочайших особ, представляя ближайшую организацию этого надзора Вашему усмотрению».

Следующий документ в полной мере раскрывает позицию Кавказской администрации по отношению открывающихся различных национальных обществ. На заявление «Кавказского армянского издательского общества» от 12 сентября 1912 г. об открытии отделения общества в г. Пятигорске и в г. Владикавказе был получен ответ, в котором говорилось, что с изданием Высочайше утвержденных 4 марта 1906 г. Временных Правил об обществах и союзах среди инородческих элементов, населяющих Россию, стало наблюдаться особое движение к культурно- просветительному развитию отдельных народностей на почве пробуждения узкого национально-политического самосознания и образования для этой цели целого ряда обществ под самыми разнообразными наименованиями, имеющих целью объединение инородческих элементов на почве исключительно национальных интересов.

Преследуя вышеуказанные цели, такие общества, несомненно, ведут к углублению начал национальной обособленности и розни и поэтому должны быть признаны угрожающими общественному спокойствию и безопасности, как-то и разъяснил Правительствующий Сенат в целом ряде решений (указы от 18 июня 1908 г. № 9120 по делу украинского общества и др.).

«В виду сего, я признаю учреждение подобных обществ, на основании п. 6 4 марта 1906 г., недопустимым и считаю долгом указать Вашему Превосходительству, что при обсуждении ходатайства о регистрации каких бы то ни было инородческих обществ, в том числе украинских и еврейских, независимо от преследуемых ими целей, местному по делам об обществах присутствию надлежит, в каждом отдельном случае подробно остановиться на вопросе о том, не следует ли такое общество вышеуказанных задач и в утвердительном случае неукоснительно отказывать в регистрации их уставов, на точном основании приведенных указаний Правительствующего Сената.

Вместе с тем, Вам надлежит в настоящее время тщательно ознакомиться с деятельностью уже существующих инородческих обществ и в подлежащих случаях возбудить установленным порядком вопрос об их закрытии.

В заключительном приказе было сказано: «Обсудив доложенное, областное управление по делам об обществах находит недопустимым открытие в области отделений «Кавказского армянского издательского общества», т.к. по содержанию параграфов 1, 4, 7, 35 /прим. 37 и 43 устава/ несомненно, что название Общества имеет целью узконациональное развитие армянского населения, пробуждение его национально-политического самосознания - все это должно быть угрожающим общественному спокойствию и безопасности, а потому определяет: с представлением двух копий настоящего постановления просить распоряжения МВД в порядке ст. 3 временных прав об обществах, о воспрещении открытия в области отделений названного общества».

В этом аспекте необходимо рассмотреть позицию армянских обществ в отношении избиения армян в Османской империи. Российское правительство крайне негативно относилось к той помощи, которую оказывали армянские общины Кавказа и, в частности Северного Кавказа, а также стремлению армян привлечь внимание передовой общественной мысли к этой проблеме. Первая мировая война заставила изменить отношение российского правительства к армянскому народу, когда среди мусульманского населения Северного Кавказа, особенно азербайджанцев, стали распространяться идеи панисламизма, усиленно распространяемые турецким правительством и духовенством. Идеи пантуркизма представляли большую угрозу не только на Северном Кавказе, но и среди мусульманских народов Поволжья.

Успешные действия русской армии на Кавказском фронте вселяли надежду на благоприятный исход войны, освобождение армянского народа Западной Армении из-под мракобесия турок. Армянская передовая часть Закавказья и Северного Кавказа приняла активное участие в решении судьбы Западной Армении. В газете «Пятигорское эхо» был опубликован ряд статей, относящихся к проблеме помощи беженцам, политическому и культурному положению армянского народа.

По сообщению газеты «Мшак», «на днях прибыл в Эчмиадзин со своим штабом генерал Тамамшев и представился католикосу. Состоялось объединенное заседание комитетов союза городов, на котором был обсужден ряд вопросов о нуждах беженцев, в присутствии генерала Тамамшева. Из Эчмиадзина генерал Тамамшев отправился в Игдырь и далее в Аштарак и Ново-Баязет».

С циклом лекций, посвященных личности великого армянского революционера-демократа, сподвижника Чернышевского, Герцена и Огарева Микаела Налбандяна выступила молодая поэтесса и писательница Мариетта Шагинян. Она раскрыла идею вечного стремления к свободе, поклонению перед деятелями свободы.

И как отметила пресса, в личности Шагинян «остается большой интерес критического ума, большой эрудиции и логического мышления».

Вторая лекция касалась истории жизни турецких армян, третья - политической революции. Ясность мысли, фактическая доказательность и убедительность поразительны.

Молодая армянка, Мариетта Шагинян снискала большую известность лирическими произведениями и выступлениями в столицах с лекциями по литературным, этическим и национальным вопросам. Ее лекции вызвали живой интерес среди слушателей.

В одной из статей А.А. Агаронян писал: «...освобождение армян не попало в задачи русской государственности, в задачи русской дипломатии».

А. А. Агаронян (1866-1948). Армянский общественно-политический деятель, писатель. Член партии Дашнакцутюн. Начальное образование получил в епархиальной школе Игдира, в 1886 году окончил семинарию Геворкяна в Эчмиадзине. Затем вел преподавательскую работу. Во время резни армян в 1894-1896 годах участвовал в оказании помощи беженцам, прибывшим в Сурмалинский уезд. Агаронян учился в Лозанском университете (Швейцария), затем в течение года слушал лекции в Сорбонском университете (Париж).

Возвратившись в 1902 году в Тифлис, Агаронян до 1905 года заведовал литературным отделом редакции газеты «Мурч».

В 1907 году принял участие в Конгрессе мира, созванном в Голландии, и представил требования армян относительно решения армянского вопроса. В мае 1909 года по т.н. «делу Дашнакцутюна» Агаронян был арестован и заключен в тюрьму. Об его освобождении ходатайствовали перед премьер-министром России Столыпиным видные деятели европейской культуры А. Франс, Ф. де Пресансе, В. Берар и др. В 1911 году был освобожден, выехал за границу и пробыл в эмиграции до 1916 года.

По возвращении в Тифлис, осенью 1917 года был избран председателем Армянского национального совета, ставшего наиболее влиятельным общественно-политическим органом. После образования Республики Армения Агаронян был направлен во главе делегации в Константинополь для переговоров с турецким правительством относительно замены Батумского договора 1918 года новым соглашением. В 1919 году во главе делегации Республики Армения прибыл на Парижскую мирную конференцию... представил участникам конференции требование армянского народа относительно создания объединенной и независимой Армении. 10 августа 1920 года Агаронян подписал от имени Республики Армения Севрский мирный договор. В последующие годы, после падения Республики Армения, Агаронян продолжал представлять Армению в Европе, принял участие в Лозанской конференции 1922-1923 годов, после которой отошел от активной политической деятельности. Умер в Париже.

Действия Российского правительства не способствовали укреплению дружественных отношений между двумя народами, несмотря на изначально занятую армянским народом русскую позицию. Царское правительство не могло и не способно было оценить то важное военно-стратегическое значение, которое играла Армения в Закавказье и Передней Азии. Подобная политика обернулась трагедией для армянского народа, который на всех этапах истории был проводником русской политики на Кавказе. Это был удар и по России. Как писал Александр Амфитеатров, «мы допустили, помогли вырезать своих друзей, судьба наказала нас, отдавая дружеские территории - при полном нашем бессилии защищать их - нашим злейшим врагам. ...В лице армян мы предали Азии европейскую культуру и полторы тысячи лет христианской цивилизации бросили к ногам ислама. Ислам не зевает, а история таких ошибок, да еще злонамеренных, не прощает никогда».

Амфитеатров Александр Валентинович (1862-1938) - русский писатель. Родился в Калуге. Печатался в буржуазно-либеральной и реакционной прессе. За иронический фельетон о царской семье «Господа Обмановы» был сослан в 1902 году в Минусинск. В 1905 году эмигрировал в Париж. Вернувшись в Россию, был одним из основателей (1916) буржуазной газеты «Русская воля». Многочисленные произведения Амфитеатрова (романы «Восьмидесятники», 2 тома, 1907-1908 гг., «Девятидесятники», 1910 год и др.), составляющие части обширной хроники «Концы и начала. Хроника 1880-1910», отражали жизнь различных слоев русского общества. После 1920 года эмигрировал за границу, умер в Италии

Колоссальные людские и территориальные потери, которые понес армянский народ, резко ограничили его возможности. Свидетельством этому является современное геополитическое положение, сложившееся на Кавказе, значительное и резкое ослабление позиций России в этом регионе.

Б.Т. Ованесов "Роль армянского населения Российской Империи в развитии Северного Кавказа", Ставрополь, 2008 г.

Top