О хозяйственных занятиях армян терского левобережья в 18 - первой половине 19 вв.

Армянская колонизация Терского левобережья (от Кизляра до Моздока) в XVIII – первой половине ХIХ вв. сопровождалась развитием здесь новых отраслей производства. Среди армянских переселенцев следует различать земледельцев, живших на этнической родине или в провинциях других государств, и торговцев, давно утративших связь с этнической территорией и долгое время находившихся среди других народов. Первые и на новом месте ориентировались на земледелие, основывали селения, вторые по-прежнему торговали и проживали в городах.

В целом для притеречных армян был характерен высокий уровень урбанизации, что можно объяснить многовековыми традициями развития собственных городов, а также тем, что из Закавказья мигрировала наиболее активная часть населения, связанная с торговлей. Кроме того, в местах прежнего проживания армяне составляли большинство городских жителей, в частности они доминировали во многих городах Турции, Ирана, Грузии. И в дальнейшем в Терской области, по данным Н.Г. Волковой, более 80 % армян проживало в городах.

В конце XVIII в. И.А. Гюльденштедт отмечал, что главный промысел армян Притеречья – торг с Персией. В 1769 г. из Персии было вывезено 2209 пудов 5 фунтов шелку. Роль армянских купцов в торговле с Ираном была достаточно велика: на их долю в XVIII веке приходилось 75 – 80 % от общей суммы товарооборота. Из Ирана в Кизляр и далее в Центральную Россию кроме шелка поступали хлопчатобумажные изделия и другие товары. Международная торговля и в дальнейшем сохраняла свое значение.

В рассматриваемый период происходила интеграция Восточного Предкавказья в российское экономическое пространство, и роль закавказцев в этом была весьма заметной. Тысячи бочек винно-водочной продукции отправлялись на Макарьевскую и Ирбитскую ярмарки, в Москву, Петербург, другие города страны. На всероссийский рынок поставлялись желтинник, марена, рыба и др. К концу первой четверти ХIХ в. из Кавказской губернии в более северные области ежегодно перегонялось до 40 тыс. голов крупного и мелкого рогатого скота, лошадей. Не только среди кизлярских, но и среди моздокских армян было много купцов, торговавших в крупных городах России. В середине ХIХ в. оборот торговых предприятий 22 армянских семейств Моздока, в руках которых была сосредоточена почти вся городская торговля, составлял около 200 000 руб. в год.

Торговля, которую вели армяне, способствовала складыванию общего северокавказского рынка, укреплению торгово-экономических связей региона с более отдаленными областями. Рост товарно-денежных отношений разрушал натуральное хозяйство горцев, создавал предпосылки для модернизации производства и общественных отношений. Армянские торговцы вывозили из горских аулов на продажу в Кизляр, Астрахань и другие города марену, сукно, шкуры зверей, орехи, сухофрукты, воск и пр. Взамен горцам поставлялись ткани (холст, бурметь, пестрядь), чугунные котлы, зеркала, замки, иглы, наперстки, сундуки, мыло, бумага. Армянские купцы приобретали у ближайших соседей-караногайцев и казаков сельскохозяйственную продукцию и продавали ее в городах Северного Кавказа, Центральной России, Закавказья. У армянских торговцев в середине ХIХ в. можно было купить холст, ситцы, шелковую материю, железо, соль, медную посуду и другие товары. Путешественник А. Павлов, побывавший в Притеречье, в этой связи отмечал, что местные армяне ведут деятельный и трудолюбивый образ жизни, оборотливы в торговле. Армянские купцы оперативно реагировали на конъюнктуру рынка, хорошо ее знали и умели приспосабливаться к меняющейся социально-экономической и политической ситуации.

Армянское население Терского левобережья как в городах, так и в сельской местности активно занималось шелководством. Сарафанниково (Шелкозаводская), Кизляр, Паробочево, где основную массу населения составляли армяне, стали первыми центрами шелководства на юге России. В одном Сарафанниково в 1772 г. было получено 8 пудов шелка-сырца. О вкладе армян в развитие этой отрасли в Моздоке свидетельствуют следующие цифры: в 1834 г. моздокским армянам принадлежало свыше 10 тыс. шелкопрядов (из 14 тыс.). Крупным центром шелководства являлся Кизляр (в 1846 г. кизлярцами было получено 120 пудов шелка-сырца – почти половина от произведенного на Северном Кавказе).

И горожане, и селяне активно занимались виноградарством и виноделием. В 1836 г. в Кизляре насчитывалось 1062 частных виноградника. Армянам принадлежали десятки винодельческих и спиртокурительных заводов, появившихся на Тереке во второй половине XVIII в. Винодельческая продукция из Кизляра поступала на всероссийские ярмарки, в частности на Макарьевскую. С армянами связано начало коньячного производства в России, спиртокурение. Кизлярская водка получила известность на всю страну, вина и водка вывозились в Москву и многие губернии России.

С появлением армян в Восточном Предкавказье получило распространение рисоводство (рис на Тереке называли «сорочинским ереванским пшеном»). На орошаемых землях рис давал неплохие урожаи, высока была его цена на рынке. Занятиями армян на левобережье Терека также стали садоводство, овощеводство, выращивание проса и хлопчатника.

Армяне составляли значительную часть городских владельцев и работников ремесленных мастерских и предприятий. То есть с ними было связано развитие нового капиталистического уклада. В 1815 г. в Кизляре числилось 8 кустарных кожевенных и 15 свечных заводов, в начале 1850-х гг. – 36 промышленных предприятий (в том числе 12 спиртокурительных). В 1835 г. насчитывалось 154 торговых лавки, в 1856 г. – уже 196. Насколько велик был вклад армян в развитие ремесла, промышленности и торговли, можно судить по данным 1815 г., согласно которым лишь 14 армян Кизляра были земледельцами (хлебопашцами) или скотоводами. В Моздоке армяне владели большинством воскобойных предприятий.

Развитие отдельных хозяйственных занятий армян на Тереке определялось, с одной стороны, многовековыми традициями. Со времен Урарту в Закавказье было известно виноградарство и виноделие, а с VI–VII вв. – шелководство. С другой стороны, российское правительство поощряло развитие этих отраслей, предоставляя населению многочисленные льготы. Так, указы, касающиеся шелководства, издавались регулярно на протяжении всего ХVIII в. – начала ХIХ в., что не могло не сказаться на хозяйственных занятиях мигрантов.

Кроме того, в условиях Восточного Предкавказья не всегда были применимы земледельческие традиции и опыт закавказцев. Эта земля (в значительной части песчаная, малоплодородная) требовала особого подхода. В ходе многолетних практических поисков земледельческое население Терского левобережья отдало предпочтение виноградарству, виноделию, шелководству как наиболее доходным отраслям экономики. Наличие городов (Кизляр, Моздок) способствовало развитию торговли с соседними регионами, что еще более укрепляло указанную специализацию. В XVIII в. – первой половине ХIХ в. Кизляр и Моздок являлись не только административными, но и торгово- ремесленными центрами, население которых (в основном армяне) занималось преимущественно товарными отраслями сельского хозяйства и расширением местной промышленности и торговли.

При освоении новой территории происходило не только приспособление, но и трансформация привнесенных навыков, складывался новый комплекс хозяйственно-бытового уклада, соответствующий природной и социально- политической среде. С армянами Восточного Предкавказья можно связать хозяйственно-культурные типы (Б.В. Андрианов их называет зонами) нового времени – товарное земледелие, промышленное и мелкотоварное производство.

Активная торгово-экономическая деятельность армян позволяла им сохранять определенную автономию, иметь структуры самоуправления в городах, открывать свои школы, строить храмы. Она связывала их с другими группами армян. К тому же длительная традиция дисперсного проживания препятствовала ассимиляции.

Армяне Терского левобережья заняли вполне определенную экономическую нишу, чему способствовали природные условия, политика правительства, ориентировавшая переселенцев на развитие определенных отраслей (шелководство, рисоводство, виноградарство и др.), ментальные предпочтения, тесное общение и развитие торговых связей между народами региона, в ходе которых происходил обмен необходимыми продуктами. На основе взаимодополняемости, взаимополезности складывались и определенные партнерские отношения этносов, именуемые школой проф. В.Б. Виноградова российскостью. Так, в конце 1850-х – начале 1860-х гг., когда началось переселение ногайцев в Турцию, это вызвало серьезное беспокойство кизлярских и моздокских армян-торговцев, которые выступали посредниками в обмене продукцией, произведенной этническими группами региона. В письме Ставропольскому губернатору они сообщали, что, если «ногайцы переселятся из настоящего места, то решительно некем заменить их… Неминуемым последствием этого будет гибельный поворот в хозяйстве и благосостоянии жителей края». Все вышеизложенное, на наш взгляд, позволяет считать терских армян и этнопрофессиональной общностью, внесшей большой вклад в экономическое развитие региона в рассматриваемый период.

Великая Наталья Николаевна – доктор исторических наук, профессор, профессор кафедры истории России Армавирской государственной педагогической академии

"Армяне Юга России: история, культура, общее будущее" Материалы Всероссийской научной конференции 30 мая - 2 июня 2012 г.Ростов-на-Дону

Top