Армянская Апостольская Церковь на протяжении долгих столетий являлась для армянского народа спасительным кругом в круговороте общественно-политических событий XVIII–XIX вв. Она взяла на себя обязательства защищать и представлять интересы своих соотечественников. Во многом благодаря Армянской Апостольской Церкви армянский народ сумел в условиях отсутствия независимого государства сохранить свою национальную самоидентификацию и самобытность. Кроме того, что она взяла на себя заботу о народном образовании, общественном признании, культурно-просветительском развитии и о многом другом, она объединяла вокруг себя всех армян, рассеявшихся за пределами родины.
В связи с усилением могущества русского государства первостепенной задачей, ставшей перед армянскими духовными, общественно-политическими кругами, стало развитие и укрепление дружеских взаимоотношений двух народов. Начало официальных сношений Эчмиадзинского патриаршего престола всех армян с русским правительством относится ко второй половине XVIII столетия, к царствованию императрицы Екатерины ІІ. Бывшие до того времени взаимоотношения Петра Великого с иерархами армянской церкви, ввиду тех целей, которые преследовал Петр на Востоке (приобретение прибрежья Каспийского моря), происходили не с Эчмиадзинскими католикосами, облеченными высшей духовной властью, а с Гандзасарскими, пребывавшими в Гандзасарском монастыре, близ Шуши (Елисаветпольской губ.).
В 1763 г. на патриарший престол в Эчмиадзине восходит один из выдающихся иерархов армянской церкви – святейший Симеон. Именно он заложил фундамент прорусской политической ориентации армянского народа на долгие столетия вплоть до сегодняшнего дня. От России он ожидал действенной помощи в восстановлении армянской государственности. Русское правительство назначило Симеона духовным главой всех армян, проживающих в России, и предоставило ему право назначать для них епископов.
В 1773 г., в период переговоров по итогам Русско-турецкой войны 1768–1774 гг., Симеон назначает армянским архиепископом в России князя Иосифа Аргутинского-Долгорукова. Вот что об этом пишет историк-литератор Лео: «В этот серьезный момент, когда одним из условий русских было освобождение грузин, греков и других христианских народов, католикос Симеон назначает предводителем армян в России Иосифа Аргутинского. Необходимо было иметь в России знающего человека, в той России, которая взялась за вопрос освобождения христианского народа. Наилучшего выбора Симеон не мог сделать. Архиепископ Иосиф именно тот человек, который нужен был в то время в России. Нельзя сказать, что Иосиф был особо подготовлен к подобной миссии. Нет, он даже не знал ни единого слова по-русски. Но природный ум, способный восполнить все другие недостатки, превратили Иосифа в одного из самых известных людей России».
В основном, в научной литературе архиепископа Иосифа Аргутинского изображают в качестве выдающегося сына армянского народа, служившего в интересах армян. С одной стороны, это, конечно же, так. Однако не менее важную роль он сыграл на «службе» русскому государству. Прирожденный дипломат по своей природе, он сумел внести важный вклад в историю двух народов, о чем нельзя забывать.
«Первый опыт своей приверженности к России оказал он, способствуя переселению из Крыма множества армянских семей, которые утвердились в Нахичевани, устроенном и украшенном попечением сего архиепастыря, соорудившего в нем богатую церковь и монастырь».
Особо следует отметить отношения Аргутинского с Иваном (Ованесом) Лазаревым, крупным предпринимателем и государственным деятелем своего времени. Именно Лазарев ввел духовного предводителя армян в высшие слои той эпохи. Благодаря ему Аргутинский познакомился и породнился со многими государственными деятелями, был принят при Императорском дворе, удостоился особой благосклонности и внимания Екатерины. «Особой удачей для Иосифа было иметь среди своих последователей такого видного деятеля и патриота, как Ованеса Лазарева. Без его помощи он не смог бы так продвинуться, занять такое значимое место. Конечно, если бы Аргутинский не обладал внутренней позицией, способностями знакомства Лазарева не могли бы иметь значения. Аргутинскому нужны были ряд благоприятствующих обстоятельств, после он уже сам все знал, нужно отметить, что Лазарев во всем был рядом с ним.
Лазарев и Аргутинский и были теми армянами, с которыми русские сановники вступили в переговоры, когда к 1780 г. армянский вопрос стал в повестку дня. Обширные знания, тонкий проницательный ум, врожденный такт, глубокие познания жизни восточных стран дали ему возможность приблизиться и расположить к себе выдающихся людей той эпохи, таких как Г.А. Потемкин, А.В. Суворов, Н.И. Панин и В.А. Зубов и многих других. Известно, что 1 января 1780 г. к Аргутинскому явился Иван Петрович Горич. Он сообщил ему, что русские намерены предпринять поход с целью овладения прикаспийскими областями. В связи с этим он стал расспрашивать его о персидских землях, о расстоянии между отдельными городами, о силе персов, о количестве армянского войска и войска магометанского между Дербентом, Тавризом, Ереваном, Карабахом и Ширваном. Аргутинский дал ему необходимые сведения, которые тот записал. После этого визита последовал ряд встреч Лазарева и Аргутинского с Суворовым и Потемкиным.
Рассуждения архиепископа Иосифа Аргутинского по вопросам восточной политики представлялись настолько ценными в глазах князя Г.А. Потемкина, А.В. Суворова, Н.И. Панина, П. и В. Зубовых и других, что присутствие его на месте военных действий на второй Русско-турецкой и русско-персидской войнах признавалось совершенно необходимым, и он с удовольствием сопровождал русскую армию в этих походах.
В русской армии армянский архиепископ был почетным гостем Потемкина и жил в его палатке. Князь ничего не жалел для Аргутинского. Потемкин назначил его пастырем армян Бессарабии, Молдавии и Валахии (ныне Румыния), а также написал Екатерине, чтобы ему вручили крест и присвоили мантию. В ноябре 1789 г. Потемкин взял Бендерскую крепость. Одну из мечетей крепости, именуемую Ахаджамисом, Иосиф превратил в христианскую церковь. «Пострадавших и измученных войной армян он собрал, обустроил вокруг церкви Лусаворича и купил дома, кофейни, бани и сдал их в аренду, прибыль с которых пустил на нужды народа».
Иосиф, находясь в русской армии, не только читал проповеди русским солдатам и помогал армянам; он нужен был Потемкину как человек, который прекрасно был осведомлен об обстановке в Турции и мог сослужить хорошую службу России. И для армян, проживавших на территории Турции, большую роль должно было сыграть то обстоятельство, что в русской армии находится армянский архиепископ, имевший благосклонность самой русской императрицы.
Армяне городов Ботошань и Сучавы, услышав о пребывании в русской армии армянского архиепископа, отправили к нему посланников с просьбой посетить их города. Аргутинский отправился к ним, и в обоих городах был принят с большими почестями. Интересен тот факт, что солдаты австрийской армии давали приемы в его честь, и всегда возле его палатки стояла почетная охрана.
Как тонкий политик, Аргутинский не упускал ни малейшей возможности укрепить государственные и личные связи. Так, в марте 1790 г., когда пришло известие о смерти императора Иосифа II, он отслужил торжественную панихиду. Со слезами он прочитал такую проповедь, что присутствующие в церкви австрийские генералы прослезились. Турецкие крепости одна за другой переходили в руки к русским. Архиепископ Аргутинский, имея при себе приказ Потемкина, спешил на помощь к соотечественникам. Он собирал обездоленных армян, на церковные средства покупал хлеб и раздавал голодающим. Русские князья всячески ему способствовали.
В начале ноября Аргутинский переселяет 668 душ армян в Бендеры. Еще больший ужас ожидал армян, живущих в крепости Измаил. В начале декабря взятие Измаила было передано Суворову. Русские войска напали на крепость и прорвались внутрь. После взятия крепости Суворов, согласно своему обещанию, позволил своим войскам грабить крепость в течение трех дней. В этой ужасной резне и грабежах немалые потери понесли и армяне. Было убито 60 человек. Взяв крепость, русские 6 дней хоронили убитых и убирали улицы. Через 12 дней после взятия крепости туда приехал Аргутинский. Перед ним встала задача – обустроить и накормить эту обездоленную толпу. Он немедленно начинает собирать средства, пишет письма армянам Молдавии и Валахии, призывая помочь своим обездоленным братьям. Помощь начала поступать со всех сторон. Затем архиепископ Иосиф отправляет в Нор-Нахичевань 30 юношей из Измаила для получения образовании в открытой им школе при монастыре Сурб Хач.
Русско-турецкая война была на исходе, уже шли разговоры о подписании мира. Потемкин, зная, какие территории будут возвращены туркам, поручил Аргутинскому переселить армян из взятых русскими городов поближе к границам России. Он уже решил, где должен быть основан новый город для этих переселенцев, указав им переселяться в направлении города Дубоссар на Днепре. Там и должны были обосноваться переселенцы.
Аргутинский взялся за это дело, но заранее испросив для переселенцев ряд привилегий. Когда 5 октября 1791 г. умер Потемкин, Иосиф в своих воспоминаниях написал: «Мы потеряли нашего бесценного покровителя и главного благодетеля…». Неугомонный, энергичный архиепископ возобновляет свои действия. Армяне из Измаила и других селений собрались в городе Дубоссары, где их возглавил Степан Давтян, прозванный «Араратским послом». Для переселенцев Аргутинский просил отдельное место под новый город, который должен был именоваться Григориополем, в честь Григория Просветителя и Григория Потемкина.
В 1792 г. он уже начал размещать армянских переселенцев. В 12 верстах от города Дубоссар Аргутинский вместе с местным наместником выбрал прекрасное место для армянского города. Однако армяне не желали уезжать из Дубоссар и по новой строиться и обустраиваться. Но Аргутинский сумел их переубедить. На Пасху он собрал армян во временной армянской церкви, отслужил мессу и прочитал одну из самых своих трогательных проповедей, благословил вступление армян под покровительство России, сам заплакал и многих заставил заплакать. Последние сомнения были развеяны.
Приказ императрицы от 17 июня 1792 г. попал к Аргутинскому 17 июля. Не теряя времени, уже 25 числа того же месяца, он торжественно благословил основание нового города, с этого дня появился армянский город Григориополь. Но нелегко было создавать целый город, особенно когда народ полностью обездолен и живет за счет подаяний со стороны. Благодаря его посредничеству русское правительство взяло на себя траты на строительство и расходы на приобретение провизии.
Государственная казна выделила 46 781 руб. 72 коп. на строительство 325 домов, 37 000 руб. на церковь и храм, 15 000 руб. на дом управы, кроме этого на 10 лет были даны 10 000 руб. на строительство магазинов и рынка, 2000 руб. на кофейни и бани, 25000 руб. – на скот и другие необходимые нужды и 50000 руб. на развитие торговли. Кроме города Григориополя он основал и села, одно из которых получило название Иосифка, другое – Васильевка, по имени его брата.
В 1792 г. Императорское Вольное экономическое общество, «высоко оценив деятельность Аргутинского в деле обогащения страны, приняло его в свой состав, что считалось очень почетным». Но его ожидали еще большие почести. Екатерина II удивила всех своей щедростью и вниманием. Она удостоила Иосифа бриллиантовым крестом и перстнем, предназначаемым только для высокопоставленных русских духовников. О том, какое значение имели эти подарки, можно судить по тому, что по всей империи в это время только три священнослужителя носили подобные кресты. Удивленный и восторженный архиепископ на следующий день предстал перед Екатериной, поцеловал ей руку и направился к наследнику трона Павлу и его сыновьям. Впоследствии император Павел неоднократно его принимал на частных аудиенциях и осыпал монаршими милостями, пожаловав ему орден Св. Анны I степени, и «возвел со всею фамилиею в княжеское достоинство Российской Империи, так как до тех пор он был лишь грузинским князем».
Иосиф Аргутинский, видный деятель армянского освободительного движения, проявил большое усердие и максимум энергии, чтобы выработанный план русского двора был бы реализован. С этой целью он поддерживал тесные связи с В. Зубовым, давал ему сведения историко-географического характера об Армении и сопредельных странах. И весьма естественно, что Платон Зубов, учитывая обширную информированность и знания Иосифа Аргутинского, просил его показать новый пример усердия и направиться в Моздок для встречи с В. Зубовым. По данным Г.А. Эзова, И. Аргутинский действительно встретился с В.А. Зубовым, который принял его с большими почестями, о чем последний сообщил Лазареву в своем письме от 1-го апреля 1796 г.
Не менее важно и то, что Аргутинский ради освобождения своего народа и восстановления его государственности с помощью России выражал готовность принять самое активное участие в персидском походе русских войск. Г.А. Эзов свидетельствует, что Аргутинский имел тесные связи также с генералами Волынским, Римским-Корсаковым, царем Ираклием, неоднократно обращался к армянам, призывая их вновь проявлять верность и преданность России. Это не могло не остаться незамеченным как В. Зубовым, так и другими высшими сановниками страны.
Вот почему граф П. Зубов выражал ему свою искреннюю благодарность, прося его «продолжать ревностные старания на общую пользу дел». «В 1796 году, по Высочайшему повелению, архиепископ Иосиф отправился вместе с Российскими войсками в Персидский поход и находился в армии во все время пребывания оной за границей. Здесь то оказал он России величайшие услуги, в которых участвовал весь армянский народ, издревле преданный Российской монархии».
Мы также узнаем, что Шамаханский хан Мустафа в то время замыслил неожиданное нападение на корпус русской армии. Исход этого мог бы быть плачевным. Однако Иосиф Аргутинский раскрыл этот умысел и «не только успел отклонить его от приведения оного в действие, но даже убедил сего врага России сделаться ее другом и союзником, обязав к тому торжественною присягою».
По убеждению архиепископа, город и крепость Гянджа сдались русским войскам без кровопролития, а Джагаш Хан объявил себя покорным России. Вскоре и другие последовали его примеру. Так, Шушинский хан по настоянию Аргутинского не только «сделался другом России, но даже присоединил войска свои к Российской армии». Таким образом, архиепископ Иосиф Аргутинский, достойный сын армянского народа, являясь тонким политиком, великим дипломатом, обладая невероятным даром убеждения в условиях, когда вокруг него бурлила общественно-политическая жизнь и многие исторические события имели место только при его непосредственном участии, сослужил верную службу, как армянскому народу, так и российскому государству. Благодаря его усилиям был заселен Юг России, образованы ряд крупных городов, таких как Нахичевань-на-Дону, Григориополь, Святой Крест и много других поселений, ставших вскоре крупными торговыми центрами.
Тем самым основные задачи, поставленные Екатериной II, были выполнены. Как пишет Лео: «Современники, смотря на этого на редкость продвинутого верующего князя, с уверенностью могли сказать, что тот родился под счастливой звездой.
Арсенян Гаяне Граати, ведущий научный сотрудник Государственное казенное учреждение Московской области «Центральный государственный архив Московской области»
Армяне в истории и культуре России XVIII–XX вв. Материалы Международной научной конференции Москва – Пушкино, 26–28 октября 2016 г.
Читайте также:
